.... с целью природоохранной деятельности и разработки новых методов путешествий с детьми, семейного туризма”. Нас 9 человек, 2 детей и 4 женщины. Семеро участвовали во всех детских походах. По сравнению с Дагестаном и Байкалом значительно увеличилась проходимость экспедиции. Прежде всего это связано с тем, что к своим прежним титулам (мастер спорта, известный писатель, близкий друг Юры Сенкевича) наш руководитель прибавил ещё звания кандидата физических и математических наук, старшего научного сотрудника, специального корреспондента журнала “Турист”. Обогатился и арсенал средств подавления сопротивления местного населения. Теперь, в порядке возрастания убойной силы, он выглядит так: значки города-героя Москвы, малый календарь, большой календарь, значки журнала “Турист”, кинофильм, письма, красная книжка, спирт. Район путешествия - Горный Алтай и Телецкое озеро, в которое впадает более 70 рек, а вытекает 1 - называется Бия.

1987 год

12 июня, пятница поезд “Алтай” №36  Москва - Барнаул в 1630
Казанский вокзал сбор 1600 у вагона №2.

Барнаул - Бийск  теплоход   т/б “Золотое озеро” - Телецкое озеро   теплоход   п. Балыкча - поход Башкаус - Чебдар (3?4 дня) - Балыкча   вертолет   оз. Аккем - пер. Кара-Тюрек - оз. Кучерлимское - р. Кучерпа - п.Тюнгур  - р. Катунь - п. Иня  - Чуйский тракт    авто   Бийск  - Барнаул  
самолет   Москва  рейс 222   6 июля 87г.  7-35  из Барнаула

Личное снаряжение

1.     Спальный мешок
2.     Коврик пенополиэтиленовый (пенопластовый)
3.     Рюкзак
4.     Посуда личн.
5.     Умывальные принадл.
6.     Куртка-штормовка
7.     Анарак Болоньевый - желат.
8.     Брюки - х/б, брезент.
9.     Свитер тепл.
10.     Тренир. костюм (шерст.,п/шерст.)
11.     Байковая рубашка (тельняшка)
12.     Накидка от дождя полиэтилен.
13.     Брюки болонья - желат.
14.     Шапочка шерстяная
15.     Носки шерст. - 2 п.
16.     Ботинки тур.
17.     Кроссовки (кеды)
18.     Марля (0,7 х 0,7)
19.     Плавки (купальник)
20.     Средство от комаров
21.     Накомарник
22.     Альпеншток
23.     Компас
24.     Панама
25.     Нож, спички
26.     Паспорт, часы, деньги
27.     Фляга д/воды 0,2-0,5 л.

Все вещи в полиэтиленовый мешок (большой) и в рюкзак







12 июня    1 день

Дежурный Рафарльский К.


    Итак, мы начинаем III традиционный детский поход или “совместную экспедицию журнала Турист и Акустического института АН СССР.... с целью природоохранной деятельности и разработки новых методов путешествий с детьми, семейного туризма”. Нас 9 человек, 2 детей и 4 женщины. Семеро участвовали во всех детских походах. По сравнению с Дагестаном и Байкалом значительно увеличилась проходимость экспедиции. Прежде всего это связано с тем, что к своим прежним титулам (мастер спорта, известный писатель, близкий друг Юры Сенкевича) наш руководитель прибавил ещё звания кандидата физических и математических наук, старшего научного сотрудника, специального корреспондента журнала “Турист”. Обогатился и арсенал средств подавления сопротивления местного населения. Теперь, в порядке возрастания убойной силы, он выглядит так: значки города-героя Москвы, малый календарь, большой календарь, значки журнала “Турист”, кинофильм, письма, красная книжка, спирт. Район путешествия - Горный Алтай и Телецкое озеро, в которое впадает более 70 рек, а вытекает 1 - называется Бия.
    Так как поход традиционный, то прежними остались и опасности, подстерегающие нас - голод, холод и клещи. Относительно клещей мы надеемся на гениальное решение руководителя назначить врачом Свету Третьякову, так как в случае нападения клеща очень важно укушенной сразу же оказать первую помощь. Погода в День нашего отъезда из Москвы выдалась удивительно славной. Светило ласковое солнце, дул легкий ветерок и провожающие на вокзале оживленно обсуждали особенности пироговского загара. Может быть все это и толкнуло Свету Третьякову на ещё один самоотверженный поступок - возглавить не только группу укушенных, но и замерзших. Прямо на перроне, на глазах у притихших товарищей, Света вынула из рюкзака свой единственный теплый свитер и со словами - На, Леха. Тебе он здесь нужнее- отдала его потрясенному мужу. Во время посадки в поезд была проведена и первая проверка на восприимчивость к заболеванию энцифалитом (в легкой форме). Все провожающие стояли у дверей 3го вагона, в то время как ехали мы во втором. Поэтому те члены экспедиции, кому энцифалит не опасен подходили к поезду и с ходу грузились во второй вагон под облегченные вздохи близких. Сразу же после отправления завхоз провела экспроприацию поездных продуктов. Кажущееся изобилие вызвало ликование некоторых членов экспедиции, на что бывалые мрачно заметили, что в Байкальском поезде после сбора продуктов вообще полка не опускалась, а здесь заложена только на половину. Но развить эту мысль и сделать далеко идущие выводы завхоз не позволила. Через час Смычкович пригласил 4 женщин и Рафальского на перебивку дежурств. Последний сначала обиделся, но потом вытянув себе первое дежурство и получив в помощники Костю и Сашу Серебрякова потребовал, чтобы на него также распространялись льготы, предоставленные женщинам, в частности бесплатное постельное бельё. Описывать подробно сервировку и меню обеда не позволяет скромность, единственное о чем необходимо упомянуть, так это о практическом занятии, проведенном врачом на трёх курицах по теме “ Первая помощь при травмах”. При подготовке вечернего чая произошло первое столкновение с проводниками, закончившееся убедительной победой экспедиции. В ответ на просьбу напоить в 2300 чаем наш проводник (очень подозрительный тип) ответил, что у него всего 2 пакета и тратить их на нас он не намерен. Пришлось взять малый календарь и пойти в соседний вагон. Там проводница, получив календарь, воскликнула: “Какая прелесть!” и сказала, что мы можем обращаться к ней в любое время. На следующий день уже и наша проводница рассказывая о красотах Телецкого озера, запугав до обморока, при этом, Свету клещами, заметила, что нечего ходить в соседний вагон за чаем мы и сами можем справиться. День закончился тем, что Смычкович растолкав мирно спящего в Елисеева, дал ему задание добыть утром (6,30) в Казани цветы для Кати. После этого все, наконец, улеглись, чтобы проспать до 4 часов, когда дети громко крича Казань! Казань! Стали носиться по вагону.
    В заключение вопрос из кроссворда: “Что такое 60 минут на поверхности?”

13 июня   2 день    Макарычева

     Второй день в пути. Казалось бы, что может произойти интересного в душном вагоне. Но тем не менее: в Казани сержант милиции, проходя по нашему вагону, подошел к Лене Антокольскому и попросил его предъявить паспорт. Леня конечно его показал, а сержант даже приставил фотографию на паспорте к  стеклу и очень внимательно рассматривал её. До сих пор остался загадкой и пожалуй навсегда интерес сержанта милиции к нашему Лёне.
    У Кати Бажековой сегодня день рождения. Ребята сорвали в Казани на клумбе очень красивый цветок и дружно поздравили, когда она ещё не отошла ото сна.
    Опять все дружно принялись шить и клеить. Вот и сейчас сидит рядом сидит Елисеев и шьет чехол для удочки. Светка усиленно изучает материалы о клещах. Все таки на сердце у нее неспокойно, но держится она молодцом.
     Вечером была остановка в Свердловске, где нас привлекло следующее объявление: при поездке в лес остерегайтесь укусов инцифалитных клещей. Свету это объявление привело в ужас, на что она сказала, что лучше замерзнуть, чем быть укушеной. Почему она решила замерзнуть, да только потому, что в последний момент на вокзале она отдала свой теплый свитер Лехе.
     Что-то будет дальше?

14 июня    третий день
Дежурный по дневнику Елисеев

   Пишу сутки спустя, поэтому некоторые детали могу забыть. Утро началось где-то в 4 часа утра. Наш угол вагона проснулся от того, что на какой-то станции (каюсь не знаю на какой, не взирая на то, что был дежурный по дневнику, начало этого эпизода проспал) в вагон вошли новые пассажиры, и с удивлением обнаружили, что на их месте сладко спит какой-то лохматый мужик (то бишь Кирилл). Судя по всему они его растолкали, и у них в 4 часа утра началась тихая незлобная беседа, в течении которой проснулось пол вагона. Я мало что понял, потому что не мог себе позволить проснуться окончательно. Запомнил только одну фразу Кирилла: “У нас здесь полвагона наших мест, здесь всюду спят наши ребята поэтому ложитесь где хотите”. После этого я заснул и чем кончился этот эпизод не знаю. С утра я был дежурным (вместе с Олегом Деевым и Катей). Начали готовить завтрак в 830. Тут поезд прибыл на станцию (название не помню). Нам с Кириллом удалось купить по дешёвке (14 копеек пачка) 7 почек творогу. Сейф (то бишь Костя Жилкин) посмотрел на нас как на врагов гласности и перестройки. Зато на завтрак у нас был творог. После завтрака все приступили к подготовке к походу - чинили одежду, клеили накидки от дождя. Причем если в первый день все это делали беззаботно, как бы в промежутках между светской беседой, то теперь разговор, то бишь шум не стихал, но это были в основном разговоры технические - как что делать, что клеить. Перед обедом на очередной какой-то станции случайно, по баснословной цене 7 (семь) копеек за пакет удалось купить 15 пакетов кефира. Сейф (Костя Жилкин) посмотрел на меня как на главного врага гласности и перестройки, и сказал, что перед следующей станцией меня свяжет.
     Перед самым обедом я случайно задел аптечку нашего доктора (Светки, Светочки Третьяковой). Она упала со второй полки, раздался звон. Я подумал, что все что разбилось сейчас все равно бы разбилось. Я хотел что=то сказать по этому поводу, но кто-то высказал очень мудрую мысль: “Разбилось то, что нам не нужно было”. Мы открыли коробку, и убедились, что так оно и есть. Весь вагон как бы преобразился. Он стал напоминать (по крайней мере по запахам) зубную поликлинику. Оказалось, что я разбил зубные капли “Детка”, а также в градуснике разорвалось ртуть. После этого инцидента Светка продолжила сокращение аптеки (конечно не таким способом как я). Вроде бы ей это чуть-чуть удалось.
     После обеда мы сдали дежурство бригаде Третьяковой, в состав которой входит “Сам” начальник. Тут же последовали три первых приказа (читай в конце дневника). Одним из которых был отменён (сэкономлен) ужин в связи с переводом стрелок на 4 часа вперед. (Аналогичный трюк начальник выкинул по дороге на Байкал, поэтому мы хоть и тихо роптали - все таки приказ, но не удивились). После обеда приготовления к походу вступили в решающую фазу - Всех по очереди вызывали с их общественным барахлом на взвешивание. После некоторых расчетов все получили либо по новой порции барахла, либо что-то отдали, и началась великая укладка. Серега Смычкович махал огромным пакетом компота (4 кг) и шумел куда он его денет. Кто-то говорил, что у него не влазят в рюкзак сухари. В общем у всех возникли трудности. Антокольский Леня уложил свой рюкзак, но выяснилось, что у него половина вещей не помещаются. Тогда он вывалил их снова сложил. Оказалось, что 1/4 вещей в рюкзак все же не влазит. Тогда он ещё раз повторил эту операцию. Итог был примерно тот же. Будучи терпеливым человеком, он сложил рюкзак ещё раз. Опять что-то не получилось. Он решил ещё раз собрать рюкзак на следующий день. Так в делах прошел весь день, и начался вечер. Я даже не знаю как написать когда-то кончился день моего дежурства по дневнику - то ли в 2000 по Московскому времени, а по новому декретному времени (смотри приказ №2) в 1200 то есть во время ужина, то ли в 12 ночи по московскому времени, когда наверное все спали, во всяком случае я уж точно. На этом описание дня кончаю. Хочется прочитать, что я написал, исправить хотя бы орфографические ошибки, но дневник читать запрещено, поэтому у меня  ВСЕ.

15 июня   день четвертый
Дежурная по дневнику  Баженова К.

    Подъем в 3 часа утра по московскому времени (700 по местному). Наш поезд прибыл в город Барнаул - столицу Алтайского края. Через 2,5 часа наш вагон прицепят к поезду, следующему в Бийск. За это время удалось пробежать по центру Барнаула. Город очень понравился, много зеленых насаждений, дома очень оригинальной архитектуры. Погода прекрасная, не смотря на ранний час солнышко уже сильно печет.
    В 1000 (по местному времени) опять сели в наш вагон , в котором ехали из Москвы. Еще 4 часа дороги. Ужасно надоело ехать в поезде, но с другой стороны за трое суток вагон стал уже почти родным.
    В 1550 по местному времени наконец-то добрались до Бийска. Далее нам необходимо сесть на теплоход, чтобы доехать по реке Бил до турбазы на Телецком озере.
    Речной вокзал нашли не сразу. Оказалось, что ближайший теплоход отходит в 730 следующего дня. Пришлось заночевать в Бийске. Нам очень мило разрешили переночевать в зале ожидания на речном вокзале.
    Примерно с 1630 по 2000 все разбрелись по городу. Город довольно маленький, мы думали, что речной вокзал находится где-то на окраине, а это оказалось центром. Вечером здесь собирается довольно много людей, который приходят сюда на вечернюю прогулку.
    За время нахождения в Бийске очень хотелось сходить в баню. Но оказалось, что понедельник и вторник в бане выходные. Зато мы съели мороженое, выпили сок, просто посмотрели новый город.
    Ужинали в 2000. Дежурным предоставили кухню с электроплитой. Поэтому наконец-то поели горячий суп.
    Легли около 24. Очень трудно перейти на новое время. Завтра предстоит длинная дорога на теплоходе, который отправится в 730.

16 июня   день пятый  вторник
Дежурный - Смычкович С.

    Проснулся в 515 по Барнаульски (по Москве страшно сказать во сколько) от росы на спальнике и даже вопреки законам физики внутри него. Вся палуба дебаркадера Бийского причала была как будто полита дождем. Ну и роса тут.
    Накануне вечером Я, Кирилл Рафальский, и присоединившийся к нам Клипеков решили провести холодную ночевку на палубе, остальная часть нашей экспедиции устроилась в зале ожидания.
    Сегодня я - дежурный. У нашей бригады стоит задача с утра успеть накормить нашу экспедицию, в 730 у нас пароход-водомет “Заря”, который повезет нас за Турочак, поэтому надо спешить. Толкнул Серегу Клепиковаи и мы пошли искать Катю в зал ожидания и почему-то все проснулись и стали ругаться (Деев и Елисеев).
    На завтрак приготовили манную кашу, которая всем очень понравилась, кроме Олежека, который сказал, что она от чая отличается только по цвету.
     На зарю мы погрузились во время. Забили всю корму рюкзаками и точно по расписанию отошли из Бийска.
    Олег Деев сразу занял место у окна, отогнав Антокольского младшего, сказав при этом: “У окна все хотят сидеть, в окно все хотят смотреть”. И через 5 минут благополучно заснул. Я конечно сразу же пнул его и заставил смотреть на Бийские просторы.
     Бия, вверх по которой мы должны проплыть 202 км, является славной рекой. То слева, то справа по борту мелькают бревна, грозясь проломить борт или намотаться на винт. Но надеюсь, что пронесет.
     На улице отличная погода, светит солнце, но пейзаж, правда, довольно однообразный. Время от времени у небольших деревушек наш корабль тыкается прямо носом в берег с которого забирает или на который ссаживает пассажиров.
     В начале третьего приплыли в Турчак. Серега Елисеев и Кирилл побежали занимать очередь за билетами на рейсовый автобус до Ахтыбаши, это на Телецком озере. А мы не спеша под рюкзаками поплелись по пыльной жаркой дороге.
     Турчак небольшой поселок на высоком берегу Бии, в котором имеются и магазины, и местные власти, и столовая, и даже тир. С автобусом пока еще не все ясно, неизвестно будет ли он вообще и когда? Пока Серега Елисеев грудью стоит у кассы вместе с Сейфом, начальник развешивает календари по поселку. Создается впечатление, что на следующий год весь Алтай подпишется на журнал “Турист” и редакция его переедет из г. Москвы в поселок Турчак.
    Воспользовавшись заминкой Антокольский старший и младший побежали сдавать сокращенный груз на почту ( 5-8 кг), мы с Олежеком сунули ему пару книг, купленных в Барнауле. Только что узнали интересную новость. В Турчак летают самолеты из Барнаула всего 50 мин. за 7 руб. Но нас это не очень расстроило. Мы были рады за Деева, который посмотрел в окно на бурную Бию. Выяснилось, что на рейсовый автобус билетов нет и надо действовать самим. Все разбрелись по поселку в поисках автобуса. Посетили ряд магазинов: книжный, промтоварный, хозтовары, продтовары, детский мир. Ничего хорошего нету. Мимо прошли 3 автобуса на турбазу, но нас не взяли, шофер паразит. Пошли искать автобус с Сашей Смычковичем и Деевым, но опять безрезультатно. Подробности этой эпопеи будут описаны в очередном номере “Клеща” поэтому повторять не буду. В 1900 взяли рюкзаки и пошли искать место для палаток. Встали на высоком берегу над Бией очень интересное место. Поставили палатки кучно, за исключением Елисеева, который испугался прогноза - ветер 20 м/с и поставил палатку в глубокой яме.
     Ужин готовили 2 Антакольских + завхоз Аня Макарычева (сегодня в качестве мелкого подхалимства подарил ей книгу “Питание в туристическом путешествии”), который получился довольно сносный. Во время ужина Миха взорвал в костре какую-то фигню, из-за чего несколько человек поперхнулось.
     Дневник дописываю в палатке при свете фонаря, извиняюсь за каракули и закругляюсь. Завтра рано вставать. Надеемся уехать с утра.
     До встречи 29 июня.
     P.S. За палаткой в тайге раздается рев то ли медведя, то ли ?, а может и коровы не знаю.




ОСНОВАНА А.М. СМЫЧКОВИЧЕМ  14 ИЮНЯ  87

КЛЕЩ
в номере 002  16 июнь 1987

     О своих впечатлениях о райцентре Турчак нам рассказал спецкор журнала “Турист” А. Смычкович:
    За короткое время мне удалось лично пообщаться с предисполкома, зав. Милицией, пред. Комитета ДОСААФ и секретаршей предисполкома. Во всех случаях за исключением последнего общение не принесло удовлетворения. Вместо намеченных 70 км до Артыбаша мне, Олегу, Сереге и Мишке удалось проехать на грузовике пару сотен метров. Эти расстояния примерно отражают пропорцию пройденного Турчанцами пути к заветным целям перестройки.
     14 человек были активными свидетелями всего, о чем рассказал корреспондент, и так же, как и он оказались за пределами активности трассы Турчак - Артыбаш, т.е. жертвами местного разгильдяйства и волокитства.

17 июня 1987г.  Антокольский Л.

     Дежурный автор - туристский новичок, но относительно опытный - точнее делающий попытку возобновить извиняюсь туристскую жизнь после большого перерыва, связанного с многочисленным потомством, а скорее с инертностью и унылостью характера - Антокольский Леонид Маркович.
     Сегодня я ещё и дежурный по кухне, правда в тандеме с Аней Макарычевой, под мудрым руководством которой достигли значительных успехов мы непутевый сын мой с непутевым его папой.
     Ещё с вечера я занялся котломойством - трава с дёрном из озера и природа и сам процесс отлично успокаивают нервную систему разболтанную долгим шатанием вдали от родных берегов. Встал сегодня по сингапурскому будильнику - сработал Илья Леонидович и Серега Елисеев не услышали ( что и требовалось, а Катинька, хотя спала с противоположного края палатки не только слышала мелодию, но и утверждает, что за полчаса до мелодии часы начали похрюкивать).
    Завтраком нашим все остались довольны - каша была густая, каши было много, в чай добавляли земляничного листа.
    И рюкзаки мы с Илюхой вопреки ожиданию сложили и вышли не самыми последними. К 8 часам местного времени - были на исходной позиции, ожидая транспорта на Артыбаш на поиски которого для группы корреспондентов главным из них - мобилизовано всё местное начальство. В конце концов поехали на рейсовом Пазике. По дороге переезжали мелкие речушки, одна из них длиннее великой индийской реки (называется Инда и длиннее на целую букву). Грейдер в очень приличном состоянии, дети по дороге клевали носами.
    Турбаза “Золотое озеро” (Алтанкёль) встретила нас сувенирными, газетными, соковыми киосками, руганью на тему, что нас заставят оплатить специально посланный за нами автобус и ..... дождём. На турбазе выставка местного самодеятельного художника Пилипчука. В Москве бы он обзывался авангардистом или ещё какой кличкой, явно очень незаурядно два “зала”, две темы фантастика и алтайский фольклёр. Ярчайшая палитра, но фантастика всё таки производит впечатление (часть во всяком случае) вторичности, космонавт выносящий инопланетянина, девочка летающая среди деревьев - бус - цветков на полузвере полуаппарате. Ощущение, что это уже было (но исполнение мастерское). Но кое-что есть притягивающее взгляд и волнующее душу. Хорош автопортрет, где автор поливает кровью ладоней слабый росток пробивающийся из иссушеной растрескавшейся Земли.
     Сбылась мечта идиотов (всех) мы пошли в баню! Главный Смычкович по этому поводу сакраментальную фразу: “Лучше быть безумным со всеми, чем разумным в одиночку”.
     Вечерняя лекция Смычковича сократилась с намеченных 30-40 минут до пяти и была оформлена как вставочка-перерыв в дискотеке. В ожидании её предались разврату населёнки - бар - коктейль шоколад, кофе, потом подёргались под местную музыку, охрипший “Modern tolking” от местной погоды наверное, и наконец самые испорченные из нас закружились в парном танце.
     Назад все шли под общим зонтом, здоровый плёнке, натянутой над бодрой процессией на сильных руках наших лидеров.
     Получил сегодня дельный совет - чем кричать целый день Илья! Илюша! - как потерявшуюся корову звать, вбить кол и привязать на веревку как козу.
     Палатки наши стоят у озера рядом с поляной огороженной местами покосившимся дырявым штакетником. Рядом с забором дощатая щелястая верандочка над ней надпись АЭАС    РТ разгадка простая - всё это АЭРОПОРТ, беседка-веранда это зал ожидания, рядом ещё небольшая будка с большой антенной - служебное помещение с радистом Валей. Преподнесенный ей репчатый лук должен улучшить наши взаимоотношения с местной авиацией. Она просила ещё хлеба, но мы не смогли её его добыть, также, впрочем, как и себе. Ожидающие вертолет юные пассажиры сидят на рюкзаках в “зале ожидания” или на травке, играют в волейбол на лётном поле.
     А краткая лекция Смычковича прошла с большим успехом, благодаря наверное, своей краткости, а за календариками выстроилась небольшая очередь.


18 июня, день седьмой    Третьякова С.

     Вчера вечером погода резко изменилась в худшую сторону: над озером повисли свинцовые тучи, и полил дождь. Сегодня, вылезая из палаток, ребята увидели ту же довольно грустную картину: всё небо до горизонта затянуто тучами, никакого просвета, льёт мелкий гнусный дождь. (Дождь лил всю ночь, не переставая). Такая досада: ехали в поезде - всю дорогу - солнце, плыли по Бие на “Заре” - за бортом - солнце, сидели весь день на ступеньках столовой в Турчаке - жара страшная. Когда мы вылезли из “Зари” в Турчаке, все были поражены яркостью красок: онм были настолько сочными, что казались даже неестественными. Смотришь на противоположный берег Бии и видишь не настоящую поляну, а слайд. Красота неописуемая. А сегодня всё настоящее, никаких слайдов. А всё негодяй Елисеев. Стирать ему вздумалось. Всю дорогу стирает, а потом развешивает свои шмотки где только можно. Вот и настирал дождь. После завтрака под дождем Саша отправился договариваться насчет ялов, а “группа самодеятельных туристов под руководством А. Смычковича” в его отсутствие стала распевать песни.
     А дождь всё лил, временами переставая на несколько минут. Но никакой дождь не смог испортить настроение тринадцати взрослым и двоим детям. Дети продолжали беситься, подвергая опасности попеременно то общественное имущество, то живых людей. Сначала чуть не перевернули палатку, потом с дикими воплями носились за выбранной жертвой, кидая в неё палками. Больше всех досталось бедному Косте: он с двумя канами  шёл от озера к костру, обе руки его были заняты, он был совершенно беззащитен, когда подвергся нападению. Всех интересовал вопрос, чего мы скорее лишимся: канов или сейфа, но к счастью, осталось целым и то и другое.
     Саша вернулся с радостной вестью: завтра отправляемся на ялах по Телецкому озеру. Всех эта перспектива радует гораздо больше, чем то, на что они рассчитывали: тащиться по горам с рюкзаками (что нам впрочем ещё предстоит). У всех при этом  одна мысль: вот бы дождь поскорее кончился. Правда, в группе существуют два человека, которых всё вокруг происходящее волнует немного меньше, чем всех остальных: они поглощены судьбой.
    Серега Клепиков на ломаном русском языке читает Анне роман А. Кристи. Анна Макарычева при этом начинает мирно посапывать. Впрочем из-за дождя все какие-то полусонные, периодически залезают в палатки поспать. Вот только Аннам поспать не удалось. Нас сильно покусала мощка, и тело очень сильно чешется. У меня с собой было гомеопатическое лекарство от укусов с вполне приличным названием “Апис”, я им накормила Анн. На них оно оказало несколько странное действие, и Клепиков обвинил меня в том, что я накормила девочек каким-то “Аписом”, и изводил меня потом этим Аписом весь день.
     Несмотря на плохую погоду, вокруг очень красиво. К вечеру всем надоело сидеть в палатке или торчать под дождем, и мы опять решили посетить турбазовский бар. Все, за исключением Клепиковых, поглощенных детективом, мирно посапывающей под детектив Анны и Кости- Сейфа, для которого каждый такой поход -нож в сердце. К всеобщей радости отказались идти и дети, но радость была преждевременной: через некоторое время они нашли нас в переполненном баре: спасу нет никакого. В баре познакомились с Сашей-лоцманом, которого нам выдали для сопровождения внеплановой группы. Было трогательно видеть Сашу-лоцмана, сидящего рядом с Сережей-боцманом. Вообще-то для группы положено выдавать ещё и боцмана, но мы отказались, сказав, что у нас свой есть.
     Попив кофейку, съев по конфетке, отогревшись в тепле, ребята, с восклицаниями: “Хорошо со Смычковичем в поход ходить” отправились довольные  в лагерь. Вид у всех потрясающий: почему-то без рюкзаков народ в накидках имеет значительно более идиотский вид. Такое впечатление, что идут привидения. Накидки у всех разные, каждый хорош по-своему. Под дикий хохот возвращаемся на стоянку, укладываемся спать. Что-то нас ждет завтра? Перспектива незавидная: на ялах под дождем. Но никто не унывает, все надеются на улучшение погоды.



Девятнадцатое июня 1987 года
пятница                                           Жилкин Костя
                     Утро

     Началась вторая неделя похода. Собственно похода ещё не было. Были переезды и день всеобщего размокания и отсыревания. Правда сегодня командор обещал погрузить всех в один ял и куда-то везти. Посмотрим. Ещё в Москве, прикидывая развитие событий предвидел, что только в этот день всё и начнется. Командор ушёл договариваться окончательно с ялом. Рядом в соседней палатке Рафальские собирают рюкзаки, Светка залезла в спальник и грустит. Остальные топчутся у костра, пытаясь что-нибудь и как-нибудь высушить.
    Проснулся от холода. Замерзли плечи. Ногам-то хорошо. Кирилл ещё вечером спеленал их мне каким-то мешком под тем предлогом, что мой спальник  хорошо сцепляется с его серебрянкой. Холод пробирает и остальных. Начинают ворочаться и Саша Серебряков и Кирилл. Так и проворочались до подъема. Дежурный Елисеев почему-то искал в нашей палатке своего напарника Деева. Пришлось шугнуть. Видимо в отместку Елисеев стал орать, что если кто не придет через десять минут к завтраку, он раздаст кашу другим страждущим. Ему-то хорошо. Он уже влез в сырую одежду и стоит у костра. А нам-то каково. Одно утешает - нет пока дождя. На улице, т.е. за пологом палатки типичная Алтайская погода: сыро, хмуро, холодно. Но все же лучше, чем если бы был в Москве. Что-то загадочное притягивающее в этих укутанных облаками горах, поросших тайгой, в этом холодном, спокойном озере.
    Каша была вкусной, но всю не съели, не смотря на все старания Елисеева. Даже один бутерброд остался, с сыром. Видимо это не съели те, кто не был на Байкале в прошлом году. Байкальцы так себя не ведут.
    Отсутствие солнца во многом компенсируется присутствием Катеньки Баженовой - нашего отрядного огонька.
    По крыше палатки вновь зажурчал мелкий дождь. Пришел командор. Попросил денег. Говорил что-то про алтайский мёд и какого-то бестолкового бухгалтера с турбазы. А мне бы на печку. Ладно. Пойду собирать рюкзак, а Антокольский старший собирается идти драть уши Мищке.

День.
    Перед самым обедом ребята принесли ял. Говорят черпали из него воду часа два котелками. С ними приехал лоцман - Саша. Первое впечатление вполне нормальное. Быстренько пообедали, быстренько собрались, погрузились в ял (16 вместо 13 положенных), поплыли. Время местное  1320.
     Гребли по четыре человека. Смена 20 минут, 40 отдыхаешь и дубеешь. Погода соответствующая, благо пока что не капает. Гребсти оказалось легче, чем думалось. По крайней мере тепло. Только есть что-то хочется. Еле-еле уговорили завхоза дать по печеньку. И то сделала вид, что не знает, где сумка с провиантом. Командор уже временно не командор, бразды правления взял в свои руки лоцман. Смычкович гребет в женской четверке. Женщин меняет через раз. В первой смене ему повезло. Вместо 20 минут грёб 15, т.к. Илья, видимо желая угодить начальству или из жалости к женщинам, попросился на берег по малой нужде. Пристали и все дружно проявили солидарность с Ильей. Второй раз, правда, ему этот фокус не прошел - отправили на корму.
     Озеро впечатляет. Жаль нет солнца. Саша-лоцман рассказывает легенды. Всё больше об утопленниках, которые стоят. Легенд много, есть и могилы на берегу. Саша уверяет, что это самый опасный маршрут в Союзе. Под влиянием легенд пошли разговоры с нездоровым подтекстом и среди экипажа яла. Так за разговорами мы и доплыли до места стоянки. Быстрая езда и прохлада разморила и кое-кто стал досыпать, укутавшись полиэтиленом. Лоцман сказал, что шли мы хорошо, ходко. Берега не безлюдные. Кроме могил, есть и кордоны егерей в заповеднике, есть и “дача”, т.е. охотничий домик для элиты. Шастуют туда-сюда моторки, “Пионеры Алтая”, туристы.
    Причалили у таежной заимки. Здесь живут сборщики орешков: дом, амбар. Сейчас здесь пусто. Место живописное. Сразу стали собирать дрова, затопили в домике печь. Всем хочется согреться, обсушиться. Катя забралась на нары, в глазах грусть и усталость. Хочет спать: первый признак замерзания и отсыревания. У печки отогреется. Застелили стол скатертью. Впервые после поездки будем есть за столом. Правда все не поместимся, но рядом есть нары. По радио передают указ об амнистии, Илья ищет свой рюкзак, а Света делает бутерброды.
    Народ требует еды, пытается под шумок сплавить из рюкзаков побольше груза. Завхоз упорно отбивается, но в конце концов сдается. Но всё равно никто не наелся. Правда, в качестве десерта выдали по три, а женщинам и детям по четыре, ложки мёда, алтайского, с весенних лугов.
    Как всегда отличился Серега Елисеев - пой мал двух клещей, первых в нашем походе. Лоцман, как знаток определил: самец и самочка. Всем как-то сразу расхотелось спать в избушке. Кирилл и Деев Олег стали срочно создавать общество от укусов клещей. Разрабатывают устав. Есть предложение поместить объявление в “Клещ”. Редактор дал добро. Всеобщее волнение не затронуло только Мишку с Ильей - они пытаются ловить рыбу, Светка же ищет место для палатки, предпочитает отсыреть, но не быть укушенной, а Кате как-то сразу стало тепло и расхотелось спать. Завхоз в последний раз пытается поймать по приемнику голос Москвы, а Серёжа Клепиков читает Ане Коломенской книгу на английском языке. Лёня Антокольский поинтересовался: можно ли застраховаться от потери вещей.
    С появлением клещей у картёжников пропало желание расписать пульку. Первым застраховался Серега Смычкович.
    Наконец-то страсти поутихли и девочки удалились с транзистором в тайгу. Кира кричит им вслед: “Опомнитесь! Внесите рубль!”

Вечер и ночь

   Оказывается, что наша заимка имеет официальное название: “Трактир озерная тишь, воды залейся, а водки шиш!”
   А Елисеев заурядный жулик. Клещей набрал в тайге, натряс в избе парочку, сам же их отловил, а теперь, пользуясь всеобщим страхом, пытается сколотить себе капитал. Подбил Киру и Мишку / 11 лет, несовершеннолетних/. Кира даже спать отказалась в избе, поставил палатку на берегу. К нему примкнул Саша Серебряков и Света. Но Света по наивности застраховалась. На удочку попалась и Аня Макарычева. Клюнула на льготный тариф. Так что жульё процветает.




    Удивительное дело: здесь совершенно нет комаров. Видно их всех съели клещи. Завхоз сказала, что это так душевно. Вечерний чай из бадана.
     Наконец-то Саша Серебряков достал гитару. Попели у костра. Спел и лоцман. Все пришли в смушение. Легенды, которые он до этого рассказывал у костра на два порядка интереснее. Тут он молодец. Узнали интересное из эпоса Алтая.
     Попили, поели и решили спать. Света хочет уже быть укушенной вместе со всеми. Так и пробегала она час между палаткой и избой, пока не улеглась спать на берегу (в палатке). Саша Смычкович пытался с несгибаемым упорством разжечь печь. Ему удалось. И с полным чувством исполненного долга он сдвинул ряд тел на нарах к стене и улёгся на образовавшееся свободное место. Перед сном народ пытался себя осматривать, особенно усердствовали учредители страховой компании: Елисеев в избе и Кира в палатке. Аня Макарычева закричала, что по ней кто-то ползает. Кто установить не удалось, т.к. она это существо на кого-то стряхнула. После этого все наконец-то уснули. Ночью Серёга Смычкович совершил подвиг. Рядом с ним замерзали Катя и Аня Макарычева. Он встал и закрыл дверь в избе. После этого всем стало тепло, в том числе и мне, а я спал крайним, ближе всех к двери. Так все и уснули в тепле, лишь шуршали в углу мыши да ворочались на берегу в палатке от холода трое отважных.

20 июня 1987 г.   Клепиков Сергей

    Ночевали в избушке на берегу озера. Дежурный - А. Смычкович. Разбудил народ в 930, Накормил народ пшёнкой с рисом под названием “Дружба”. День начался с интенсивного личного осмотра - сказался ажиотаж, созданный Елисеевской компанией “Клещ и К0”. Страховой агент компании - младший Смычкович, соблазнённый комиссионными, пытался застраховать некоторых членов экспедиции с помощью насилия и грубого шантажа. С трудом отбились.  Вышли в море в 1100. Впереди 18 км. До следующей стоянки. Погода серая, сумрачная , не радует. Сойки прячутся в облаках. Правда не капает, и на том спасибо. Через 1 час проходим переломную точку - “Мыс Горн” Телецкого озера - здесь озеро резко поворачивает на юг. Народ развлекается как может. Льются песни над гладью озера. Тут раздался женский визг - конечно Светка - по ней на спине путешествует клещ. Тут же ещё один появился на Серебрякове. Клещей смахнули за борт, а лоцман утешил Светку тем, что клещ прежде чем укусит путешествует по телу часа 2, не меньше, пока не найдет места помягче. Видимо на Светке он это будет делать гораздо дольше.
    Гребем по озеру ещё 3 часа. В 1630 встаем в устье реки. Река течёт из распадка - распадок называется “Малый Чилим” - “Малое окно” в переводе с Алтайского. Названием своим распадок обязан тому, что он ориентирован с запада на восток и когда Солнце заходит, вокруг темно, а здесь Солнце ещё долго светит. Обед дежурный - (А. Смычкович) по своему обыкновению зажал, поэтому сразу готовим ужин. Место весьма живописное. Река, скалы, есть хорошее место для палаток. Вообще берега озера очень красивы, но удобных мест для стоянок мало - скалы резко обрываются в воду, террас почти нет. Дрова сухие, плавник, поэтому ужин готовим быстро. На ужин - борщ и гречка с тушенкой, чай. Дежурными все довольны. Повторяем чай ещё раз, поём песни.
    Подъехали рыбаки на лодке - в результате натурального обмена у нас оказывается пара налимов, плотва, хариус, насколько плотвичек, у них С2H5OH.
     Большие споры по поводу варить или жарить. Решили варить. Аппетиты у рыбаков разгорелись - привезли ещё одного большого налима - килограмма на 3. Тоже забросили в уху. Уху съели на ура! Вкусно! Ещё раз чай. Завхоз озверела. “Сахара не будет!!!” В общем не день, а сплошная обжираловка. Ужин затянулся до 2400 и далее, тем самым передаю дежурство по дневнику следующему......


ОСНОВАНА А.М. СМЫЧКОВИЧЕМ  14 ИЮНЯ  87

КЛЕЩ
в номере 003  19 июнь 1987

ОБЪЯВЛЕНИЕ: С сегодняшнего дня и до 6 июля 1987г. включительно в районе Горного Алтая начинает свою работу страховая компания КЛЕЩ и К0 .
    Председатель:      Елисеев С.Е.
    Казначей :            Рафальский К.
    Страховой агент: Смычкович М.
Компания осуществляет следующие виды страхования:
1.     бессрочное (от момента страхования до 6.07.87г. - посадки а самолёт)
2.     ночное - на период с 2300 до 800 следующего дня
3.     дневное - на период с 800 до 2300 этого дня
4.     суточное - на 1 (Одни) сутки
5.     часовое - на 1 (Один) час
Выплата страховки осуществляется в соответствии с установленным прейскурантом (см. табл. 1)                                                                       Таблица1
ВИД страховки    Стоимость страховки (руб.)    Сумма выплаты (руб.)
1. долгосрочная    1    5
2. ночная    0,3    5
3. дневная    0,4    5
4. суточная    0,5    5
5. часовое    0,3    10
     Освидетельствование укуса осуществляется врачом экспедиции, а также председателем компании (председателем или казначеем). Время укуса считается действительным в момент освидетельствования
    Заболевшие клещевым энцефалитом получают в период  лечения 10 рублей ежемесячно.
    Контракт действителен на 1 укус.
Примечание: Для сейфа, начальника и завхоза сумма страховки 0,9 от прейскуранта.


21 июня   дежурная - Коломенская Анна


    В этот день злой дух Будда был побежден добрым Белым Шаманом - Камчой: пасмурные дни остались воспоминанием. Утро встретило дежурных густым туманом, который быстро таял, а в просветах появилось синее (уже забытое) небо. К завтраку (чудная манная каша, 3 куска сахара и ровно поделенный сыр) уже блеснули первые лучи солнца. Ответ на вопрос - что лучше: мордотык с солнцем или фордевинд с дождём - был очевиден. К 940 все уже поели и неспешно подтягивались с вещами к лодке, как вдруг Будда проявил себя в незнакомом нам ещё амплуа: в ухе у Ильи обнаружился клещ. Суета и переполох. Страховая фирма с новым жаром принялась агитировать, а также упрекать Илью с папой, почему они на застраховались, врач с полными руками медикаментов, увидев клеща затрясся, медикаменты выпали из рук (по счастью не разбились). Пыталась усыпить клеща спиртом, тянуть пинцетом (Елисеев) - неудача, жало осталось в ухе. Перешли к ремнабору - игла! Вот что нам поможет. И в качестве наркоза - жвачка, выданная Мишей. Сам А. Смычкович проводил операцию. Два часа врачи боролись за жизнь ребёнка. Ухо почти не пострадало. В 1200 мы уже в пути - под палящим солнцем и леденящим ветром. Гребцы уже потеряли былую удаль первого дня, пассажиры расположились с комфортом, Деев в окружении всего гарема (щелчки фотоаппаратов - дорого тебе, Олежек, обойдется негатив!)





Антакольский старший                      младший                      Коломенская
21.06.87г.

    Новая удача страховой компании - всё ещё незастрахованный Антокольский старший обнаружил клеща на животе. Пошла классика - масло, нитка. Деев мастерски извлёк ещё живого клеща. Он-то и наклеен в дневнике (рис.1)
    Проходя вдоль красивых скалистых берегов. Лоцман Саша заметил алтайский лук - подплыли. Часть команды быстро выскочила на берег, собрала урожай. А берега действительно прекрасны: скалы, гроты, высокие сопки, шумные белые пенистые водопады на тёмных камнях в зелени травы и деревьев по отвесным склонам почти с вершин. И всё это наконец-то освещено солнцем. К 1400 мы уже были у цели этого дня - Большое Чили - вытоптанная поляна - стоянка плановых туристов, но сегодня здесь только 3 рыбака. Замечание Саши Смычковича о лёгком перекусе повергло Сашу-лоцмана в ужас. Привыкнув к рациону плановых туристов (3 руб. в день) он буквально обезумел от голода. Пришлось варить обед. После шикарного густого супа Саша сказал: “А теперь попьём чайку натощак!” Мы и не знали, что он такой спортсмен! После такого сытного обеда народ нестройно скучковался для прогулки вверх по течению Б.Чили. Упаковались настолько, насколько богата у каждого фантазия: брюки в носки, куртки в брюки, капюшоны, ремни, резинки и т. подобное. Антокольские тоже запаковались, хотя и застраховались сразу же по прибытию на стоянку. Прошли по берегу, по подвесному мостику и ступили на нехоженую в этом году тропу, местами едва различимую. Душа пела от того, что карабкаемся мы здесь без рюкзаков, но и замирала от ужаса, что ведь и с рюкзаками нас поведут не по дороге. Клещей отряхивали регулярно - их оказалось гораздо больше, чем хотелось. Красоты описывать не буду - всё на слайдах, фотографиях. Жара. Ребята возвращались с мыслью - кинуться в Телецкое озеро. На берегу слегка поостыли, но отступать не стали: призвав фотокорреспондента рванулись в воду. Окрестности огласились диким рёвом (как только вернулось дыхание), заплыв не был долгим, но ещё часа 2 клацали у них зубы. Я, одевая купальник, обнаружила на плече клеща. До этого Илья опять привлёк к себе  внимание - клещ под мышкой. Страховая компания практически разорилась (выплата 5 руб.) Поэтому мой клещ привлёк только медперсонал - Свету и опытного хирурга-клещевика Деева. Мужественно и спокойно стали они к вечеру извлекать клещей (рис. 2 и 3). Председатель правления страховой конторы также пострадал, но т.к. не был застрахован, контора ещё существует (клеща сжёг).
     Ужин готовил завхоз как обычно в такие дни - изобилие и разнообразие: рис с тушенкой, луком и грибом, найденным Светой, к чаю - лимон, сухари, 3 куска сахара, мёд (гуляй - ничего завхозу не жалко!) Перед ужином Свете была вручена открытка и значок “День медицинского работника”, теплые поздравления и пожелания дальнейших успехов в этой области (медицинского невмешательства). Укушенным клещём выдали по дополнительной лодке мёда. Лоцман тоже кажется остался доволен ужином (или уже боится показаться обжорой). Вдобавок ко всему игорные орлы засадили его за карты, и только в первом часу при свете фонаря во лбу закончили свою игру (счёт неизвестен). А у костра в это время шёл неспешный разговор: “Хорошо сидеть у костра на Телецком озере”, вспоминались ребята, оставленные в Пирогово, экономические проблемы нашей страны и всякое прочее, как это обычно бывает. Подошли рыбаки, рассказали, что вчера здесь бродил медведь, и они перетрухнули, что он съест их рыбу, Света замерла, Катя внешне никак не выказала своего волнения (я думаю, что к этому дню у неё подобные чувства после всего пережитого просто атрофировались). Олежек заметил, что к вечернему чаю ему тёща достала бы пряник, на что ему заметили: “Тёща бы сказала “Какой тебе чай в первом часу ночи?!” Но здесь тёщи нет, и мы всё-таки попили чай (хоть и пустой) и разошлись спать.

22 июня   Деж. Деев Олег

    Встали в 8 часов. Костя требовал, чтобы перед палатками барахла не было - собирался фотографировать лагерь. Поэтому все собирались где=то вдали за палатками. Вышли около 930. В устье Большого Чили на скале металлическая табличка, под ней висело - погибли 2 водника. По пути было много водопадов, берега скалистые, очень живописные. У одного крупного водопада остановились, делали групповые снимки. Серега Смычкович с Лёней полезли вверх, чтобы сделать героический снимок, но на высоте 3-х метров застряли на мокрой скале, и долго спускались вниз, создавая смертельно опасные ситуации. На яле Свете досталось самое тяжелое весло, и к концу смены она им уже не гребла, а слабо водила в воздухе, и упрекала нас в жестокосердии. Проплыли секретную опийную плантацию по левому берегу. Лоцман сказал, что даже егеря не имеют права проходить туда. К часу дня догребли до конца Телецкого озера, к устью р. Чулышман. Набрали на косе перед устьем плавника, и поднялись на приют нашей турбазы. Там наш лоцман Саша обещал баню. Но к нашему приезду баню уже заняла группа, и мы поставили лагерь и занялись фотосъёмками. Залезли в лодку (уже без вещей), и стали маневрировать по реке, создавая Косте выгодный ракурс. После окончания съёмки пообедали, и вчетвером пошли топить баню. Натаскали воды в бак, накололи дров и стали топить. Топили часа полтора. То Елисеев , то Рафальский ходили в парную проверять, и всё говорили, что не протоплено, а я всё совал дрова в печку. Потом пришёл лоцман, зашёл туда и сразу выскочил. Он сказал, что там всё гудит, что сейчас может распаяться бак, и с него удержат всю зарплату. Мы позвали остальных мужчин и стали париться. Парились часа два. Разогревшись в парной, выскакивали охладиться в реку. Даже Илья Антокольский макнулся. Елисеев и Рафальский лили на каменку воду и создавали в парной невыносимые условия. Веники были из свежих березовых веток, и пахли одуряюще. В реку прыгали голышом, и Костя решил сфотографировать это. Вызвался Елисеев. Он распарился, выскочил из двери и побежал, но Костя не успел взвести затвор аппарата и заставил его вернуться. Елисеев громко выражал свое недовольство, но вернулся, и снимок состоялся. Для женщин мы снова подлили воды и подкинули дров. Тем временем в приют пришло ещё 2 плановые группы, и они тали получать харчи и носить мимо нас ящики тушенки и мешки круп. На вечер намечен праздничный ужин. Саша подошёл и сообщил, что уже развёл напиток с сиропом облепихи.
    Ужин был царский. 2 кана макарон с тушёнкой (Кирилл выманил у кладовщика 3 б. тушёнки и 2 б. сгущёнки), конфеты, крем заварной и чай (без сахара). После ужина лоцман привёл ещё 3-4 инструкторов, один из них попел несколько песен, а потом выпросил у Саши 50 г. спирта. После этого он стал петь почти не переставая. Я попытался лечь спать и не смог заснуть. У соседних костров тоже то пели, то просто орали. Приют напоминал дурдом. В общем, праздничный вечер удался на славу.

23 июня   Деж. Серебряков Саша

     В этот день мне предстоит дежурить и по дневнику и по кухне. После теплой тихой ночи утро выдалось солнечным. Дежурные встали в 800 и сразу стали решать проблему с дровами: накануне вечером праздничный костёр “съел” все заготовленные заранее дрова. После тщетных поисков решили отпилить кусок от бревна, игравшего роль лавки. В байкальских традициях привожу здесь меню завтрака: рожки с молоком, удивительно большое количество хлеба (даже осталось шесть кусков) и чай. Когда завтрак подходил к концу к нам подошёл Саша-инструктор. Он набрал из “матрасников” команду на свой ял и перед отплытием подошёл попрощаться с нами.
- Огромное вам спасибо. Я очень рад, что провёл с вами эти четыре дня, - сказал он, пожимая на прощание нам руки, - Хотя “матрасники” и кормят хорошо, но всё же мне чего-то не будет хватать.
- Семь футов под килем! - прокричали мы вслед уже отчалившему ялу. Не знаю как у остальных, а у меня было чувство, что мы простились с одним из членов нашей экспедиции - настолько этот в общем-то простой парень влился в наш коллектив.
     На прощанье он оставил свой адрес. Вот он:
     После завтрака нам предстояло пройти 8 км. До посёлка Балыкча. По существу это первый переход, когда “всё свое несу с собой”, поэтому сразу после завтрака все приступили к запаковыванию личных и общественных шмоток в рюкзаки. Наиболее ответственно к этому делу отнесся Лёня Антокольский. Он специально встал пораньше и уже в 830  приступил к вышеуказанной процедуре. Из его палатки постоянно слушалось:
- Илья, подай свою штормовку. Илья, где миски? Илья, что ты делаешь, быстрей!...
    В результате сборов, которые все же закончились через 20 минут после первоначально намеченного срока выхода, Саша Смычкович вынужден был переложить общественный полиэтиленовый тент в свой рюкзак, т.к. рюкзак Антокольского не закрывался. По команде “Одевай рюкзаки!” Лёня взгромоздил свой баул на пенёк, присел, повернувшись к нему спиной, и с видом штангиста, берущего рекордный вес, выпрямился. Рюкзак, как не странно, надежно висел у него за спиной. Растянувшись тонкой ниточкой экспедиция двигалась по долине реки Ачиман к посёлку Балыкча. Погода к этому времени в корне изменилась: вместо ласкового тёплого солнышка пошёл мелкий холодно-противный дождичек. Этого было вполне достаточно, чтобы настроение у Мишки упало и он начал “подхандривать”. Первое, что он сделал - это чуть было не лишил экспедицию завхоза: проходя мимо ворот загона, огораживающего туристский приют от скота, он резко открыл их и не оглядываясь пошёл дальше. А ворота хорошие, метра 3 шириной, из крепких жердин толщиной в руку. И повешены они были так, что под собственным весом закрывались сами. И вот эти чудесные ворота под действием их чудесной силы тяжести при закрывании могли бы (если бы Анна вовремя не оторвала глаз от тропинки по которой шла0 развить скорость, близкую к убойной. К счастью всё обошлось благополучно.
     Незадолго до привала Саша стал отвлекать Мишутку от мрачных мыслей:
- Миш, смотри, вон коршун летит. Это он добычу высматривает.
     Мишка, не поднимая на птицу глаз, ответил:
- Нет, это он летит и думает: “Как бы мне съесть этого Сашу, который мучает людей и не объявляет привал.
     Перейдя по мосту через Ачиман, стали искать место для лагеря. Лагерь разбили на ровной площадке у самого подножия гор. Чуть ниже видна красивая долина, поросшая березами и ивоподобными деревьями, и скорее напоминающая заброшенный английский парк, чем тайгу, Ещё дальше в 2 км. Видны крыши домов посёлка Балыкча, куда мы и отправились после постановки лагеря. Ещё утром нас предупредили, что местные здесь нередко промышляют вещами туристов, поэтому Костину кличку “Сейф” для конспирации заменили на “Спец. портфель”. (Без приставки “спец” Костя называться наотрез отказался).
    Посёлок Балыкча расположен во всю ширину долины и тянется вглубь её почти на километр. Как и положено все магазины, почта и телеграф расположились в центре посёлка, образуя культурную зону. Подойдя к ближайшему магазину, читаем: “Перерыв на обед с 13 до 15”. Время 1415. Жаль, ждать ещё 45 минут. Но какими же мы были наивными, вернувшись к магазину в 1515. На двери висел всё тот же амбарный замок. Оказывается, что по здешним правилам “Перерыв с 13 до 15” означает, что магазин откроется в 1600.
И совершенно верно. В 1630 с полными сумками продуктов (рожки, сахар, борщ, повидло, конфеты и щербет вместо манки ввиду её отсутствия) мы выходим из магазина. Погода опять преподносит сюрприз - дождь сменяется солнцем, хотя и сохраняется порывистый холодный ветер. Но уже когда мы подходим к лагерю ветер стих и по небу опять поплыли серые облака.
     Обед, плавно переходящий в ужин, был приготовлен к 1900 двумя сменами дежурных и состоял из трёх блюд: борщ, рожки с тушенкой и чай с абрикосовым повидлом. После обеда (или ужина как назвать не знаю) все наши пошли осматривать водопад, шум которого постоянно слышен из лагеря, а я остался, чтобы написать эти строки, а заодно покараулить лагерь от местных пионеров.
     По возвращению ребята не успели мне рассказать насколько красив водопад, потому что  прискакали двое местных и стали за водку предлагать барана. Но как только Лёня спросил: “А мёд у вас есть?” - они ускакали назад. Только не понятно - совсем или за мёдом. Глядя им вслед Смычкович самый старший сказал:
- Да, тут только одному налей - и через 5 минут возле лагеря выстроится очередь с отарой.
    День подходит к концу. Греется на костре вечерний чай, к которому щедрый завхоз подаст щербет. Все с нетерпением ждут этого момента, а для меня удобная минута передать дневник самому красноречивому из нас, который и опишет всё, что произойдет завтра.
P.S. 1) Чуть было не забыл. В посёлке очень много лозунгов об ускорении и перестройке. Нам очень понравился один из них:
“Да здравствует советская женщина, участница перестройки....” Дальше были ещё слова, но я их не помню.
2). Вечером Лёня Антокольский рассказал, что он решил всё же показать Илью врачам и пошёл в местную больницу. По его словам Илью там осмотрели очень внимательно, даже для большей убедительности пригласили хирурга. Всё нормально, отклонений не обнаружено.
- Но больше всего на меня произвело впечатление, - сказал он в конце, - то, что когда врачи увидели пластинку на зубах Ильи они спросили: “А что это за проволока у него во рту, он ей не подавится?”

24 июня    Деж. Смычкович

     Утром дежурные поднялись в 630 не смотря на то, что накануне был совершен самый длительный пеший переход - около 8 км. По дороге от приюта Кырсай до р. Агелиан. Сегодня будем пытаться улететь из Балыкчи на вертолёте в Акташ, оттуда пробираться к Белухе. Задача не простая. На этот же рейс в аэропорту сидят 15 школьников из Н.Улагана, а на борт Ми-8 берет 28 человек.
     Завтрак был отмечен наряду с традиционной кашей нетрадиционными варёными яйцами, купленными накануне (2 шт. х 15 чел. = 30 шт.) Правда вечером Мишка настоял, чтобы для него варили всмятку или не варили вовсе, оставив для самостоятельного приготовления. Олег пытался его переубедить, приводя в качестве главного аргумента отсутствие у Мишки чайной ложечки, но Мишка ответил, что съест яйца обратной стороной столовой ложки. В итоге после побудки 28 яиц были сварены, а два “пионерских” яйца лежали в сторонке. Мишка сварил их в чайном кане и , как обещал, съел не прибегая к чайной ложке.
     К 900 я и Костя Жилкин, он же “сейф”, я здесь для конспирации - “спецпортфель” пошли к аэропорту. Погода дрянь - кучево дождевые облака, вершины гор закрыты. Рейс отложили с 1000 до 1100. Потом погода стала налаживаться. Прояснилось. Диспетчер аэропорта с позывным “Уксус” доложил погоду и вертолёт вылетел из Горноалтайска. У него только два свободных места. Обещали дополнительный рейс забрать школьников. Несколько слов об аэропорте. Он состоит из большой избы, где размещаются диспетчерская и зал ожидания, маленькой избушки под склад и деревянного туалета на 2 персоны. Примечательно, что дверей на туалете нет. Вернее есть одна, лежащая рядом на земле и клиент заходя в заведение аккуратно поднимает её и прикрывается дверью от любознательных.
     Вертолёт прилетел около часа, забрал школьников и улетел. Я с Костей направились обедать в лагерь, договорившись с начальником аэропорта, что придем к 1500  узнать насчёт дополнительного рейса. Погода для полётов благоприятствовала. Горы открыты. Солнце сквозь облака высвечивало пятна на из салонах. Лёгкий ветер холодил через штормовку и не располагал к пассивному образу жизни. Обед как всегда прошёл весело и сытно. Мы уже вплотную подошли к рациону “матрасников” - плановых туристов. После обеда я со “спецпортфелем” стоял на боевом дежурстве в аэропорту. Поговорил с председателем сельсовета. От него узнал, что на сельском сходе Балыкчу объявили “Зоной трезвости” до 2000 года. С Костей прошлись по посёлку с фотоаппаратом. Внимание привлекли шестигранные правильной формы бревенчатые юрты, по-местному аилы. В них располагаются летние жилища: кухня с очагом, кровати, утварь. Топится по чёрному. Дым выходит через отверстие в вершине конического потолка. Рядом с аилом на одном дворе стоит изба. В посёлке живёт около 1400 человек, занимаются скотоводством. Сейчас строят дорогу по долине Чулышмана на Улаган. Осталось 25 км. Выше по реке есть 2-3 маленьких посёлка. Председатель высказал претензии плановым туристам в том, что на стоянках остаются битые банки, бутылки и скот режет ноги. Я ему сказал, что и туристы недовольны расфасовкой продуктов в стеклянной таре. Вообще председатель готовился лететь в Улаган на сессию , начинавшуюся завтра и это в основном занимало его мысли. Вертолёт не возвращался. Диспетчер сказал, что его долго заправляли в Акташе и вряд ли будет ещё один дополнительный рейс. Наконец около 1700 вертолёт прилетел, загрузил школьников с председателем. Я подбежал к командиру, сказал, что нужно забрать 15 человек экспедиции. Он сказал, что заберёт завтра с утра. Я успел сунуть в открытое окно календари и вертолёт улетел. Выйдя из аэропорта встретили наших, они совершали радиальные выходы в местные магазины за очередной порцией щербета (1р.80к. за кг.) - местной достопримечательностью. Тут же возникла мысль купить молока. Я в компании сейфа и завхоза сделали заход на Балыкче с просьбой продать молоко. Отвечали, что продать не могут, а за так - нальют. Надо подходить попозже после вечерней дойки. Возвращаемся в лагерь. Навстречу вышла инициативная группа добытчиков молока в лице Рафальского, Елисеева и Серёги вооружённая пустыми канами, календарями и незначительной суммой денег. Эти ребята выжмут из коров столько молока, сколько влезет в котлы. К. Жилкин рассказал как за ним по посёлку гнался мужик, желая сфотографироваться, приняв его за коммерческого фотографа.
     Я занялся приготовлением ужина. Подошли добытчики с полными канами молока. Их рассказ о “закупке” молока отдавал лёгкой примесью мародёрства и романтикой встреч Миклухо-Маклая с туземцами. Один котёл почти сразу выпили. Кроме ужина грызли кедровые орехи. Деев наплевав на предохранительную миссию слупил с ближайшего кедра 36 шишек к немалой радости Мишки и Ильи, опозорив тем самым в очередной раз жену Лену. Когда допили первый кан молока, то решили, что оно слегка подкисло. Поэтому оставшуюся часть прокипятили. Укладывались спать на ночлег плотно поев, посидев у костра и отметив в очередной раз красоту данного места конкретно и Алтая вообще. Все предвкушали завтрашний вертолётный перелёт, но особенно не распространялись на этот счёт, боясь сглазить. Деев как представитель народного контроля был недоволен тем, что за ужином мы жарили макароны: раньше он один присутствовали на проверке, а сейчас ещё куча зевак следила за протвинем и лезла с ненужными советами.

25 июня   Деж. Рафальский

......Третий день в Сингапуре стоит изнуряющая жара. Мы слоняемся по опустевшему за эти дни аэропорту, ожидая возвращения Миши Смычковича, - руководителя нашей экспедиции. Он снова отправился к диспетчеру аэропорта добиваться отправки экспедиции в провинцию Китая Акта-ши. Уже пушены в ход и удостоверение спец. корреспондента журнала “Знание - сила” и рекламного приложения к “Вечерней Москве”; розданы пасхальные яйца, 3 решетки которых Миша предусмотрительно захватил с собой из Союза. Всего несколько штук осталось в толстой пачке портретов известного путешественника Александра Смычковича, напечатанных на финской бумаге. Ответ диспетчера категоричен: “Сингапурские вертолёты в такую погоду не летают - перегреваются двигатели”. “А в горах круглый год холодно и сыро”, - мечтательно заметил алтаец, поправляя серебряную цепочку на шее сидевшего у него на коленях маленького турчака. Алиаец с турчаком присоединились к нашей экспедиции в последний момент. В это время диспетчер аэропорта стала что-то быстро говорить по алтайски. “Пассажиры из Москвы приглашаются на посадку в вертолёт”, - объявил дежурный Смычкович. С этой исторической фразы начался день нашего похода. Каждый желающий получил на завтрак по 2 сверхкрутых яйца, а для настоящих ценителей куриной продукции Света сварила отдельную партию. После завтрака Саша отправился в аэропорт, сказав, что всех кто захочет улететь из Балыкши он будет ждать на лётном поле в 1000. На первый взгляд, желающих остаться на оказалось, поэтому в 1000 последняя партия экспедиции, состоящая из Светы, Кирилла, Саши Серебрякова и Антокольских свежей тропой покинула лагерь. Погода была безусловно летняя, в животе негромко перешёптывались съеденные яйца, и вся группа с нетерпением поглядывала на небо, предвкушая небесное путешествие.
     Но вот из долины аэропорта вышел слегка ошарашенный Смычкович и сообщил, что успел купить билеты только на первых 7 человек из списка. Вместо остальных на первом вертолёте полетят делегаты на сессию. За оставшимися вертолёт вернётся через 3 часа. Костя важно добавил, что именно он решил судьбу каждого, когда  составлял в Москве список. Вскоре появился голубой вертолёт  и забрал семерых счастливчиков во главе с Сергеем Смычковичем. Оставшиеся: Антокольские, Света, Костя, Катя и Саша собрались у ограды вертолётной площадки и стали решать чем заняться до прилёта вертолёта.
11 часов 00 минут
 Саша: Сейчас 11. Летчик сказал, что часа через три за нами прилетит. Значит здесь надо собраться в полвторого.
Кирилл: Я пойду на почту, отправлю телеграмму домой.     
Саша: Катя! Тебе бы тоже не мешало передать привет родителям.
Катя: Кирилл, отправь и моим телеграмму. Придумай сам что-нибудь.
Кирилл: Нет уж, придумай сама.
Катя: Ну хорошо. Например, “Всё хорошо. Катя”. Катя берёт клочок бумаги и пишет текст телеграммы и адрес. (См. приложение №1)
Костя: Я пойду на наш водопад фотографировать Свету.
Света, обращаясь к Саше: Скажи Косте, чтобы он не жалел на меня пленку, а то в прошлый раз Костя отказался снимать на “Кодак”, Саша говорит не велел.
Саша: Костя, ты на Свете не экономить. Снимай столько, сколько она скажет.
Обращаясь к Кате: Ты тоже сходи с ним.
Катя не сразу, но соглашается.
Света: Мы вернемся в пятнадцать минут второго.
Все расходятся (Кирилл и Лёня уходят на почту. Костя с девочками отправляется к водопаду). Остается один Саша.
11 часов 20 минут.
Он садится на свой рюкзак и пишет дневник.
12 часов 05 минут
Возвращается с почты Кирилл. Телеграмма Катиным родителям отправлена (см. приложение 2).
Саша: Диспетчер сказал, что они заправились и уже вылетают из Актака. Может сбегать за ребятами?
Кирилл: Давай подождём, они скоро должны прийти.
12 часов 30 минут
Саша уговаривает Мишку пойти на речку умыться. Тот категорически отказывается, боится опоздать на вертолёт. Наконец Мишка очень неохотно согласился и они уходят.
12 часов 40 минут
Где-то вдалеке раздается стрекот вертолёта. На вертолётной площадке оставшиеся от всей группы Кирилл и Лёня с удивлением и тревогой ищут в небе вертолёт. Со стороны Телецкого озера появляется маленький красный вертолётик и садится на площадке аэропорта. Из вертолёта начинают выгружать почту.
12 часов 50 минут
Со стороны речки появляется Смычкович. Впереди бежит Мишка, за ним быстро Саша.
12 часов 55 минут
Красный вертолёт улетает. И тут неспешно подлетает рейсовый вертолёт. Он делает вираж и легко садится перед домиком аэропорта. Из вертолёта быстро выходят несколько пассажиров.
13 часов 01 минута
Саша долго смотрит в сторону леса, откуда должны появиться ребята и говорит: “Начинаем грузиться”.
13 часов 08 минут
Последний рюкзак загружен в вертолёт. На поле перед вертолётом остаются Саша, Кирилл и командир экипажа лётчиков. Перекрывая шум винта:
Лётчик: Ну, где там ваши ребята?
Саша: Пошли фотографироваться к водопаду, сейчас прибегут.
Вертолётчик скрывается в чреве вертолёта.
13 часов 13 минут
Саша Кириллу: ...........................Куда они делись?
13 часов 14 минут
Лётчик выпрыгивает из вертолёта и подходит к ребятам. Все трое молча смотрят в сторону леса. Вдруг лётчик оживляется и указывает рукой на фигурки людей, спешащих к вертолёту. Восклицает: “Вот они!” Проходит ещё немного времени и выясняется, что это местные пацаны .........?
13 часов 14 минут 45 секунд
Лётчик: “Поехали!” Саша с Кириллом переглядываются и все торе молча залезают в вертолёт.
13 часов 15 минут
Вертолёт отрывается от земли и стал быстро набирать высоту в сторону водопада. Ребята прильнули к иллюминаторам в последней надежде увидеть знакомые фигуры. Но чуда не произошло. Знакомый парковый лес был без людей. Бортпроводница попросила всех пристегнуть ремни, но было уже поздно. Через 3 минуты все вещи отставших были разбросаны по всему вертолёту. Саша писал прощальное письмо-инструкцию, а Кирилл собирал потерпевший ? рюкзак. “Катин спальник, Светин, Костин, нет Костин слишком большой, засунул свой. Теперь теплые вещи. Боже сколько барахла. Что ещё! Палатка, коврики, комплект посуды, фонарик. Костины сумки. Очень кстати. Она, наверное, будет рада.” Прошло двадцать минут, вертолёт подлетает к Усть-Улагану. Рюкзак и прощальное письмо (см. приложение 3) готовы. После Улагана в салоне остались только члены экспедиции. Появилась возможность посмотреть в иллюминатор. Оказалось, что Горный Алтай это не только бурные реки, появились альпийские луга с коровками и лошадками, но и настоящие горы, с вершинами, покрытыми ледниками и снегом, глубокими ущельями ? хребтами, уходившими за горизонт ? Увидел и легендарную Белуху, которой наш руководитель запугивал часть экспедиции.
    В отношении отставших встречный план был таков: после посадки вертолёта в Акташе с максимальной скоростью связаться с Укс.... (...... диспетчера аэропорта в Балыкче). Если Костя с дамами объявились, то выслать им обратным рейсом рюкзак, если нет - придется лететь самим. Не успел вертолёт коснуться земли, как его окружили счастливчики, вылетевшие первым рейсом. Быстро все вещи были выгружены. Кирилл, Саша и Лёня выпрыгнули из вертолёта и присоединились к группе встречающих. Все смотрели на двери вертолёта, ожидая появления бледной Светы и бодрого Кости. Спина Елисеева, решившего запечатлеть этот интересный момент взмокла от напряжения. Прошло 15, 30 секунд, минута, но никто так и не появился. Ожидание на лицах сменилось неподдельным изумлением. “Ставь на беспечность! Костя с женщинами остался в Балыкче”, - сказал Кирилл, обращаясь к Елисееву. Только ....... от ......... не ожидал никто.
     Это был, безусловно, самый долгий день похода. Ведь к тому, что произошло ещё нужно добавить и лагерь в лесу на окраине аэродрома и поход до ? пивзавода, с ? волшебных рукавиц, и гастроль Смычковича в воинской части с показом слайдов, видиофильма, ответами на многочисленные вопросы (4 раза сколько Вы зарабатываете и 3 раза сколько стоит парусный ?).
     А как не вспомнить о ночном госте, внезапно возникшем из темноты у костра и напоминающем то ли фантом московского ? в пятнистом комбинезоне, то ли командира зелёных беретов, окруживших мирных жителей африканской деревни. Его подышать ? природа навсегда останется с нами.

26 июля Макарычева Анна

     Утро! Все смотрят на небо, пока светлое, будем ждать сегодня. Чтобы напосвященным было понятно, небольшое разъяснение: ждём троих двух девушек Свету и Катю, и Костю. Закончив съёмки водопада, они наконец решили продолжить своё путешествие. Слышится звук вертолёта, бегом на поле, чтобы прямо у трапа встретить нашу съёмочную группу. Смотрю на лица встречающих: у некоторых на лице улыбка, например у Серёги Смычковича, а у других подобие улыбки, но не будем уточнять у него. Наконец “подали” трап и из проёма двери показались наши друзья.
    Я не буду описывать их трогательную встречу, взаимные упрёки высказанные прямо у трапа в адрес друг друга. Скажу одно: ...... главное мы вместе и полны решимости отправиться дальше.
     Но всё же суровая действительность внесла поправку в наши ряды; по болезни из них выбыли, правда будем надеяться, что не на долго Антокольские, Лёня и Илья. Мы их оставили здесь, в Акташе, сняв им прекрасный, со всеми удобствами, номер в местной гостинице.
     Теперь нам нужна машина. сидим на Чуйском тракте и пытаемся её поймать, это одна группа, а другая  группа, с командиром во главе, пытается выбить её у местных общественных организаций, интересно, чья возьмёт?
     Ура! Наша взяла. Заловили! Не знаю, как её назвать, но в общем может доедем. Командир сказал, что будем любоваться красотами Чуйского тракта.
     Сели, поехали. Клубы пыли гуляли по всему кузову, стали постепенно оседать на нашу одежду и постепенно всё сделалось серым серо. Чуйский тракт - чудный тракт. Иногда так тряхнёт, что кажется головой пробьёшь обшивку, а тут ещё машина начнёт брыкаться. То передача у неё не выключается, то не переключается. Какое здесь любоваться красотами.
     Здесь надо отметить мужество командира, когда переезжали через подвесной мост он держал намертво вторую передачу коробки скоростей, чтобы она не выпала.
     Ну наконец приехали! Теперь бы нам от пыли отмыться.

27 июля 1987 года суббота. Дежурный по дневнику - Елисеев С.Е.

    День должен был начаться небывало рано6 в 6 часов утра за нами должна была заехать машина и доставить нас к устью Аккемы. К этому времени мы должны были собраться и сидеть на вещах ждать машину. Но что-то случилось с Сейфом, который дежурил и должен был встать половина пятого, всех разбудить в пять, но проснулся он без пяти минут шесть, без 3-х минут мы Кириллом вылезли из палатки и стали разводить костёр. Он разгорелся потрясающе быстро: в 605 водя вскипела. Мне кажется, что никогда раньше я так быстро не разжигал костра. Конечно это заслуга сухих дров, которых было много и которые горели как порох. В 700 все позавтракали и сидели на рюкзаках. Машины всё не было. Пошёл дождь. Забрались под тент. Ждали машину до 900. Дождь кончился и мы пошли. Только пошли, начался дождь. Шли километров восемь. Дошли до деревни Инизень. Саня Смычкович быстро сорентирроовался, и подъехавшему трактористу предложил подвезти нас на тракторе. Тот, узнав что в качестве оплаты будет спирт бегом вскочил в трактор и помчался прицеплять прицеп.
     Серёга Смычкович по этому поводу сказал, что у нас какой-то вертолётно-тракторный поход. Действительно поход ещё не кончился, а мы уже ехали на поезде “Заря”, автобусе, лодке, вертолёте, крытой машине, а вот теперь едем на тракторе. Вокруг красивейшие места: горы, которые не бывают одинаковые - все разные, и красавица Катунь, которая меж них течёт. Когда мимо нас проскакали два алтайца, то было полное впечатление, что мы участники фильма про индейцев. Казалось, что вот-вот из-за ближайшей горы выскочит бизон, а за ним племя индейцев, с каким-нибудь Виниту во главе. Но скоро дорога кончилась, и пришлось слезть с трактора. Мы спустились на тропу, по которой когда-то перегоняли в Монголию скот (или наоборот, я точно не понял). Тропа вилась над Катунью, поднимаясь в горы всё выше и выше. Через несколько километров подошли к устью Аргуна, сделали перекус. Затем пошли дальше. На дороге всё чаще и чаще стал попадаться медвежий помёт. Попадался свежий. При переходе через какую-то горную речушку Катя споткнулась и упала в реку. Переоделась, затем съели щербет и пошли дальше. Когда переходили речку - сбились с тропы - она уходила вбок, а мы решили слегка сократить путь. В результате нам пришлось идти какими-то медвежьими тропами, а это не самое лучшее занятие. Стали попадаться клещи. К тому же продирание сквозь дремучий лес сил не прибавляло. Скорость передвижения замедлилась. К концу дня, мы наконец, благодаря Серёге Смычковичу, который пошёл на разведку вверх по склону, выбрались на тропу. Опять пошёл дождь. Мы надеялись выйти к устью Аккема, но время было уже 2130, и стало ясно, что это произойдёт не скоро. К тому же все сильно устали - за всё время похода это был пока самый тяжёлый переход. Саня Смычкович принял решение ночевать на тропе. Ширина карниза была около 2-х метров, палатки еле-еле помещались на нём. С одной стороны начинался крутой подъём вверх, с другой вши. Но решение ставиться здесь на мой взгляд было совершенно верным. Под дождём поставили палатки, сготовили ужин. Все были уставшие и еле-еле двигались. Я посмотрел на Катю, которая дежурила вместе со мной и Олегом, она двигалась как робот. Мыслей в глазах у неё уже не было никаких. Поели, и после ужина моментально расползлись по палаткам - мокрую одежду у костра высушить не было никакой возможности - нудно капал дождь, и к тому же не взирая на высоту и лёгкий ветерок нас облепляла мошка и норовила укусить во все доступные и недоступные места. В своей палатке мы очень долго - минут тридцать укладывались спать - старались максимально изолироваться от дождя и воды, которая подтекала под палатку. Заснули мы сразу. Это было примерно в 1130 вечера. Забыл написать, что когда мы пробирались через чащёбу Сашу Смычковича укусили два клеща. Не помогли и частые осмотры. Конечно у него вероятность быть укушенным была самой большой, так как он почти всё время шёл первым, и все они сыпались на его голову и просто удивительно, что раньше с ним этого не произошло, хотя конечно он боролся с ними активно - был укрыт лучше других, и постоянно осматривал и себя и мишку. Но на этот раз и это не помогло. Забегая вперед скажу, что в этот день клещ вцепился и в меня (правда это я обнаружил только на следующий день).

КОНЕЦ
 
28 июня  воскресенье Деж. Баженова К.

     В этот день мы дежурили. С утра был очень сильный туман, вещи со вчерашнего дня не просохли, очень не хотелось вылезать из тёплой палатки. Развести костёр оказалось очень сложно, т.к. на склоне горы на котором мы ночевали оказалось не было подходящих дров, тем более сухих. На завтрак мы приготовили традиционную манную кашу и бутерброд с сыром. После завтрака мы собрали вещи и палатки, Саша сделал мне альпеншток и мы двинулись к переправе, на этот раз по очень хорошей утоптанной тропе. По мере того, как мы спускались с горы, погода существенно улучшалась и к 11 часам солнце уже светило вовсю. Под палящим солнцем мы шли примерно до 13 часов, пока не дошли до так называемой переправы через Аккем. Переправиться нам всем не удалось. Только Саша Смычкович путём героических усилий по тросу переправился на другую сторону в надежде найти способ переправить нас всех. Но его попытки найти хотя бы одного живого человека в течении 3,5 часов на той стороне оказались напрасны. В ожидании Саши мы воспользовавшись   отличной погодой перестирали и просушили все вещи, некоторые даже искупались (Рафальский и Смычкович Серёжа).
     Рядом с переправой оказался отличный березовый лес, в котором как выяснилось растёт огромное число подберёзовиков. Мы собрали грибов и Анна сварила нам отличный грибной суп на обед и на ужин.
     Очень поразила красота места около переправы. Странно только, что здесь совершенно нет людей. За всё время стоянки мы не встретили ни одного живого человека, разве что только Серёжа Смычкович и Серёжа Клепиков встретили какого-то монаха, который плохо понимал по-русски, но сказал, что он здесь “ходит и созерцает”.
     Около 18 часов мимо нас внезапно проехала какая-то машина, но догнать её сразу мы не успели и Серёжа Елисеев и Олег Деев позже пошли посмотреть куда она поехала. Оказалось, что это водитель грузовика со своей женой решили немного порыбачить. Ребята договорились, что они нас захватят на обратном пути и подбросят до Тюнгура. Когда вернулся Саша мы двинулись по дороге и через час нас догнал грузовик, на котором мы благополучно добрались до Тангура, Около 22 часов мы остановились на месте плановой стоянки, где обнаружили картошку, которую очевидно оставили “плановые” туристы. Получился отличный грибной суп с картошкой. Легли спать мы довольно рано, т.к. на следующий день нам предстоял трудный переход через перевал, правда как оказалось позже, мы его брали на тракторе.



29 июня.  Понедельник.  Смычкович Сергей.

Понедельник - день тяжёлый (эпиграф)

      С утра собрался быстрее всех. Начальник послал меня и Олега Деева  в Кучерпу (деревня) договориться на счет транспорта в долину реки Аккем. Куда нам вчера не удалось переправиться. По хорошей тракторной дороге быстро дошли до Кучермы и сразу подались на МТС. Там несколько механизаторов курили на бревне. На нашу просьбу завести нас на тракторе к Аккему ответили отказом. Не помогли и предложения о благодарности в виде “огненной воды”. Дорога туда, по их словам, очень плохая и ведёт через перевал Ку...., и мы решили подождать Сашу. Саша около двух часов вёл переговоры с алтайцами, съездил к бригадиру и управляющему МТС, подарил 5 календарей, которые произвели на алтайцев впечатление как будто на туземцев во время Миклухо-Маклая. Наконец он подошёл к нам и сказал: “Пошли грузиться”.
     Прицеп, на котором нам предстояло преодолеть перевал представлял жалкое зрелище. Из четырёх бортов был только один, и тот сломан наполовину. 40 м основной верёвки пошли на укрепление остатков борта. Обвязки рюкзаков, которые имитировали борт, а также для страховки натянули верёвку по диогоналям прицепа. Появился трактор. Он был на гусеничном ходу и назывался “Казахстан”. Грузить нас в деревне тракторист не рискнул. Мы не спеша пошли за деревню. Саша налил прощальную дозу “огненной воды” управляющему, и тоже тронулся за нами. За деревней трактор догнал нас. Начальник с Мишкой сели в кабину, мы в прицеп кое-как разместились. Веревки впились нам в спину, ноги засунули под страхующую веревку. Трактор пошёл на перевал Куз...... Дорога шла по тайге и резко в гору, была вся раздолбана и размыта. Вцепившись друг в друга и верёвку мы постоянно пригибались и увёртывались от веток деревьев. А дорога всё круче и круче шла вверх. Серёга Клепиков вдруг забеспокоился и стал что-то кричать. Оказалось стал вылазить шкворень, за который крепился наш прицеп. Я вытянул ноги из-под верёвки и стал глядеть по сторонам куда бы спрыгнуть в случае чего. Забеспокоились и ребята. Тракторист услышал, остановился и загнал шкворень. На душе стало немного полегчало. Местами дорога была в таком состоянии, что по ней нельзя было ехать, и тогда он шёл напрямую через тайгу, валя деревья. Вскоре въехали на перевал. Дальше тракторист ехать не захотел. Дорога круто шла вниз, но Саша уговорил съехать немного вниз. Ехать ему было ничуть не лучше, чем вверх, даже ещё труднее. Вот трактор остановился, дальше ехать боялся. Отблагодарив его (350 гр.) мы двинулись вниз к Аккену. Через 40 мин мы вышли в долину реки, километрах в 10 от места впадения в Катунь. Перекусив, мы пошли вверх к Аккемскому озеру. Путь проходил по тропе, но он был весь размыт, разбит и представлял грязевое месиво. По дороге снял 2 клеща с Кати и 2 с себя. На одном перекуре чуть не произошёл несчастный случай. Света облокотилась на дерево и оно вдруг обломилось и чуть не прибило Серегу Елисеева. По пути встретили первый  ?
     В сегодняшний день мы были дежурными. Ужин был отменный и состоял из Борща с тушёнкой, гречи и тушёнкой, растворимого кофе (подарок и ......) 3 кусков сахара и конфетки (одной).
     После ужина поиграли на гитаре и пошли спать.
/ Смычкович С.М./

                30 июня  Третьякова Света
                                                                                                                             
День начался с замечательного завтрака, приготовленного ударной бригадой Коломенская - Клепиков - Смычкович С. Вкуснейшая манная каша, сыр, чай. Надо отметить, что мастерство этих дежурных чрезвычайно быстро выросло со времени первой манной каши, молока - не молока. А вчерашний превзошёл все ожидания: на третье подали растворимый кофе, бережно хранимый Кл-Кол. В течении всего этого времени. Вот был сюрприз, так сюрприз. Народ балдел. А сегодня путь наш пролегает по долине реки Аккем. Погода солнечная. Идём по тропе, постепенно спускаясь к Аккему и, наконец, выходим к реке. И нашим взорам открывается чудесное зрелище - вдали показалась Белуха. На фоне голубого неба и окружающей нас зелени эта красивая белая гора смотрится очень здорово. К этому следует добавить ещё шум бурной горной речки. Некоторое время мы завороженно наблюдаем картину и двигаемся дальше к Аккемскому озеру.
        По долине идёт тропа, идти легко, поэтому скорость довольно приличная. Народ обсуждает только что увиденное зрелище. Анна Коломенская: “ Я поняла, что Смычкович не шутит, говоря про снежники, только когда увидела горы с вертолёта. А сейчас мы, кажется к ним приближаемся”. Больше всех при виде снега радуется Мишка. Я очередной раз начинаю жалеть об оставленном в последнюю минуту пред отходом поезда тёплом домбайском свитере. Показавшийся совсем близко снег заставляет всех серьёзно задуматься о холодной ночёвке. Но что это за суета на ближайшей поляне? А, это плановые туристы уходят со своего насиженного места. При приближении к полянке у нас обостряется зрение: все видят одиноко стоящую на пеньке банку сгущённых сливок. Сначала разочарование - банка открыта, следовательно, наверняка - пуста. Но разочарование сразу сменяется ликованием - оставлено больше половины банки. Вот плановые зажрались - сливки оставляют. Тут же разыгрывается безобразная сцена:  тринадцать оголтелых членов экспедиции налетают на эту банку и вмиг её опустошают. Дальнейшие поиски ни к чему не приводят. Приходится двигаться дальше по следам плановых, ожидая ещё какие-нибудь подарки, типа этого.
     Через некоторое время догоняем плановых: они переходили речку вброд, сидят - переобуваются. Это оказалась группа глухонемых ребят лет 16-18. Наши не захотели мочить ноги, нашли чуть повыше бревно. Мы переправились по бревну, топаем дальше в обычном режиме 40 мин. ходка, 10 мин. привал и знакомый ненавистный окрик: “Надевай рюкзаки!”
     А озёра всё не видно. Уж и время перекуса подошло, а мы всё ещё на тропе. Перекус обычный: сыр, сало, кусочек хлеба, конфетка. И вкусная вода из этих горных ручейков. Идём дальше. Погода постепенно начинает портиться. Наконец, выходим на пустое место, впереди должно быть озеро. Вид на Белуху очень красивый. Над нами тучи, а над Белухой голубое небо и белые облака. Подходим к озеру. Моросит дождь, озерцо маленькое, всё вокруг серое, противное. Возгласы: “Смычкович, куда ты нас привёл? На эту лужу? После Телецкого, после Байкала7 Это мы сюда пёрлись?” Тут ещё пошёл град. На Аккемском озере - метеостанция, Саша пошёл узнать, где здесь можно встать. Чтобы разбить лагерь, пришлось немножко вернуться по тропе. Палатки поставили на берегу Аккема. Опять пошёл дождь, град, всё вместе, правда ненадолго. Белуху затянуло тучами. Дежурные - Серебряков, Рафальский, Жилкин готовили .........
     Здесь много злотого корня. Заварили чай с корнем - очень вкусно. После ужина немного прояснилось, опять стала видна Белуха. Захотелось пойти посмотреть на озеро. Казалось всё-таки очень странным, что Смычкович так долго вёл нас к такой луже, называемой Аккемским озером.
     Выйдя на берег, не поверила своим глазам: словно по мановению волшебной палочки на месте недавней лужи оказалось дивное по своей красоте горное озеро. Вода в озере была какая-то белесоватая, и это придавало картине особую таинственность. В белесоватой глади озера очень чётко, до мельчайшей черточки отражались растущие по берегам стройные, остроконечные ёлочки и над всем этим в окружении двух черных пирамид, казавшихся стражами, величественно возвышалась Белуха.
     Мимо меня протопали ребята: Саша, Серёжка, Деев и Серебряков. Саша хотел узнать у ребят из КСС (они где-то стоят на берегу) про дорогу на перевал, остальные, наверняка. Отправлялись в расчёте на пожрать. Пройдя мимо, оглянулись, позвали с собой. Уходить не хотелось. Хотелось так вот сидеть на берегу этого странного белесого зеркального озера, смотреть поочерёдно то на Большую белую гору между двумя чёрными пирамидами, то на их отражение в воде. Но низменные желания отогреться и попить чаю взяли вверх, и я поплелась за ребятами.
     В КСС  оказался симпатичный бородач. Он поил нас чаем и угощал хлебом собственного изготовления.

1 июля 1987 г. среда  Жилкин Костя

     Всего лишь начало второго летнего месяца, люди только в отпуск собираются, а мы уже нагулялись и всё ещё впереди. Сегодня идём на перевал Кара-Тюрек, высота  3100 м. Сидим у Аккемского озера где=то тысячах на двух. Удивительное совпадение. На Байкале я тоже вёл дневник в самый тяжёлый день - в день восхождения. Итак, утро 1 июля 1987г.
      Ночёвка была холодной, проснулся где-то часа в три ночи от того, что затекли ноги, попытался поменять позу, тут-то холод и полез в спальник. Прямо таки чувствуешь, как он туда вползает. Чем ближе к утру, тем больше ворочался, создавая неудобство соседям. Сегодня я ещё и дежурный. Правда у нас с Кириллом и Сашей Серебряковым разделение труда: я их бужу и мою после еды котелок, остальное их рук дело.
     Подъём в 6 утра, завтрак готов где-то в начале восьмого. Холодно, но есть надежда, что погода будет благоприятная. Вышли около девяти. Пересекли ручей и не доходя Аккемского озера левее метеостанции начали после маленькой задержки восхождение. Правда недолго. Тропа не та. Командир ушёл искать, вернулся быстро, нашёл. Скинули всё тёплое, т.к. стало жарковато. Идти хорошо, постепенно втягиваясь в ритм. Растительность быстро меняется. Хвойник уступает место лугам. Здесь ещё весна. Вовсю журчат по склонам ручьи, отчего склоны кое-где похожи на болотца. Но нам это уже не удивительно, т.к. за два предыдущих дня к этому привыкли. Много цветов, таких больших нигде не видел.
     Тропа всё время идёт вверх без потери высоты, это радует. Встретили местных туристов, сидят все в палатке, видимо только что проснулись. Вообще-то район Белухи весьма и весьма посещаем. Идём дальше, силы пока ещё есть. Чем выше, тем всё величественнее раскрывается панорама Белухи, ледников, покрытых снегом хребтов. Стали попадаться на пути снежники. Солнце не очень яркое, в дымке, но это и хорошо - не жарко. Фотографы отводят душу. Серёга Елисеев и Мишка несколько минут у норы караулили какого-то зверька, обнаруженного Светой. Мы ушли с привала, а они всё сидели. Кира на каждом привале выдавал то конфетку, то сухофрукт.
     Неожиданным препятствием на пути возникает снежник. Вариант обхода с потерей высоты  сразу отвергается. Идём траверсом через снежник.
     Ура! 1 июля, а мы проваливаемся в снегу. Удовольствия масса. К тому же и живность появилась посмотреть на нас - белые куропатки.
     Дальше путь усложняется нагромождениями камней. Тропа  идёт вверх. Начинает сказываться высота. Подъём на перевал даётся всё труднее и труднее. На привалах любуемся красавицей Белухой, дана команда “надевай рюкзаки” и марш вверх. Командир каждый раз обещает, что этот переход последний, вот-вот будет перевал. Ползём вверх. После привала первые шаги даются с трудом. Потом расходишься и идёшь легко, пока не начинает сказываться усталость. Ощущение такое, что не устаёт один командир. Ползёт и ползёт вверх, не замечая, что кое-кто уже и останавливается, переводя дыхание. Хорошо, что я знаю, что такое тяжело. Благо опыт есть. Так, что понимаю, что силы ещё есть хоть и тяжело. Единственная неприятность начинает резать глаза от солнца и снега.
    13 ч. 15 м. Наконец-то перевал. Командир достаёт из тура записку туристов из Перми от 08 марта. Вкладывает нашу. Традиционный перекус из щербета. Достаю маленькую баночку сока. Всем по глотку. На перевале снег. Холодно. Выползает облако, закрывает панораму. Брат командир вернулся с известием, что мы ещё собственно и не на перевале, а вот он рядом. Лезем по колено в снегу снова вверх, а затем начинается спуск. Холодно, сыро, серо. Эта сторона перевала встречает нас не ласково. Да и не мудрено вниз идёт сыпуха. Вот это кошмар. Как здесь по путёвкам ходят плановики, Нам на спуске стало тошно, а им вверх ползти. Слева по спуску снег, справа бесконечные россыпи камней, серых, мелких, ни травинки. И так долго, долго вниз. Однообразный поистине лунный ландшафт быстро утомляет. К тому же спуск для многих, в том числе и для меня, тяжелее подъёма. Болят ноги. А командир Александр Смычкович всё идёт и идёт вниз. Все сроки привала уже прошли. Вспоминается вчерашний день, когда в поисках места для перекуса, авангард оторвался от основной группы. Когда подошёл командир, то учинил разгон, что ему мол из-за нас пришлось идти не сорок, а сорок пять минут и он бедняга умаялся. Грозил в следующий раз съесть сало без нас. Идём вдвоём с Серёгой Елисеевым. В вопросе, что от усталости и случаются травмы, мы и ним единодушны. Это тот случай, быстрее отнюдь не дальше.
      Наконец-то природа начинает радовать глаза. Кира ........ за корешками. Делает привал у маленького коньёна с водопадиком, вытекающим из-под глыбы снега. Хлеб, сыр, сало, конфетка и студёная вода. Таков наш перекус.
     Снова вниз. Тропа становится всё живописнее и живописнее. Входим в лес. Ущелье круто уходит вниз.  Ручеёк справа превращается в бурную горную речку с величественными водопадами. Теперь, не смотря на усталость, иду первым. Так легче и интереснее. К тому же места очень красивые. Это надо видеть.
     Встретили группу туристов из Москвы. Они лезут вверх. Очень живописная и уставшая компания. В 19.15 вышли к Кучерли. Здесь подготовлено место для стоянки плановиков. Даже дрова заготовлены. На последнем привале наша группа выглядела очень живописно - все устали, клонило ко сну. Я где-то разрезал палец на руке и Света мне его лечила.
     Разбили лагерь, приготовили ужин. Продуктов мало, но пока хватает. Изюминкой был чай с лимоном. Вечером у костра вспоминали прошедший день. Все остались им довольны, не смотря на усталость. Ведь прошли километров за двадцать, взяв перевал. Вспоминали Белуху и снежники, журчание ручьев под камнями и снегом, каньёны и водопады. Пошли разговоры о Москве, о будущем сборе алтайской экспедиции на слайды. А рядом по брёвнам бегали бурундуки, буквально метрах в трёх. Всё подбирались к моему рюкзаку, хотя в нём-то ничего для них и нет. Видимо их избаловали плановики.
     Саша Серебряков взял гитару, перебирал струны, народ мерно беседовал, планировал на завтра радиалочку на Кучерлинском озере. Идти хотят многие, но утро покажет. Надо проснуться рано, да и ножки бо-бо.
     С гор тянет холодом, а небо безоблачно. Хочется хорошей погоды, но горы есть горы.

2 июня 1987 г.    Клепиков Сергей

     “Завтра в 600 желающие сбегают налегке до Кучерлинского озера. Вернутся часиков в 1100 и пойдём вниз”, - сказал А. Смычкович накануне вечером, и добавил “если не будет дождя”.
     На чистом вечернем небе ярко сияли звёзды.
     Утро началось с низкого монотонного звука. Дождь барабанил по палатке. “Дежурные! Готовь завтрак”, - раздался в тишине крик командора. Раздавался он ещё долго и без видимого успеха. Пришлось выслать курьера в образе Светки.
      После продолжительных переговоров началась процедура приготовления завтрака. Сырые дрова совсем не хотят гореть.
      Завхоза лихорадит - приступы молодецкого разгула - “Гуляй  ребята - по три куска сахара и конфеты сколько хочешь” - сменяются откровенным скупердяйством - “Хватит на котёл и одной кружки манки”.
      Короче говоря  утреннюю кашу по честному следует назвать густым молоком, но и на том спасибо.
      Вышли в 1200. Утренняя разминка - форсирование притока р.Кучермы - р.Текелю. Вроде бы все перешли, но ждём Свету. Ждём 5 минут, 10 минут - куда она запропастилась? Кира вернулся и проверил - на стоянке Светы нет, оказывается она переправилась самой первой. Стартуем. Промахнулись мимо тропы и идём низом по берегу по бурелому. Моросит мелкий противный дождик. Минут через 10 выходим на тропу. Тропа хорошая, широкая, ровная, только местами довольно тонкая. Бежим резво. Прошли две ходки - лес кончается, начались ровные лужаистые перелески. Скорость увеличивается. Идти легко. Встречаем стадо коров и табун лошадей. Привал. Распогодилось - Вышло Солнце, небо очистилось. На тропе появилась группа плановых туристов - прут полные рюкзаки харчей, но желание расстаться с ними не высказывают. Вид у них бодрый - не знают ребятки, что их ждёт через 10 км.
      Появился хозяин коров и лошадей - пастух-алтаец. Поговорили. По его словам впереди на тропе плановая стоянка туристов. Он там видел 3 буханки хлеба и ещё чего-то. Это радует. Снимаемся и идём. Перекус - сало с остатками хлеба. Через 5 минут после перекуса находим эту самую стоянку - действительно 3 буханки хлеба, макароны, масло. Живём!! Делаем ещё одну ходку и встаём.  До посёлка Кучермы - примерно 15 км.
     У завхоза очередной приступ - “Гуляй ребята” - суп из трёх пакетов с тушёнкой, гречка “Сыпь всю!!!” с сублиматом - обжорство. Стоим на берегу р.Кучермы - место очень живописное.
      Сушим ботинки, носки и кроссовки. Только поели - опять припустил дождь - но нам он не помеха - натянут тент и идёт во всю веселье. Провели ревизию спирта - осталось 350 г. Немного на оставшиеся 500 км. До г. Барнаула.           
      Веселье под тентом продолжается. На этом пока всё.
02.07.87  2230                                                                                       
P.S. Только что московское радио сообщило: “На Алтае 25-270, тепло, солнечно, без осадков”. ИДИОТЫ!!!!!!!!!!!!!!
3 июля - пятница   Деж. Коломенская А.
     Вот и окончилось все - возвращаться (!) пора.
     С вечера засыпали под дробные звуки капель по тенту палатки, но всем уже очень хотелось быстрее выбраться к какому-нибудь транспорту, и усилием нашей общей воли к утру дождь был остановлен. Сквозь грохот реки доносились вскрики дежурных о подъёме, раздаче (“плановые” рожки, сахара 3 куска - к людям выходим). Впервые за поход (а я думаю, за историю всех походов) выбросили недоеденную с вечера гречневую кашу! В 930 рюкзаки собраны и по слякотной тропе мы зачавкали к Кучерме “со скоростью курьерского поезда”. Прощальные взгляды на долину, на снежные вершины вдалеке. К 1230 после трёх ходок под берёзой за  Кучермой начались выяснения, сколько же нам до Барнаула. Несложные подсчёты показали - около 700 км. Несведущие ужаснулись. “Лёгкая” пешая часть маршрута окончена, начинается самое сложное. Сейф пересчитал наличность, предупредил, что может не хватить, восторгов не услышал. Нестройный хор спел “под крылом самолёта о чём-то поёт зелёное море тайги”. Двинулись навстречу судьбе. Перешли подвесной мост через реку Катунь, скинули рюкзаки на завалинке, пока резали последний щербет (страховая компания ощербетилась), рассмотрели улей во дворе. Олег и Смычкович Сергей запасшись чаем, деньгами и каном начали ломиться в ворота (Хозяин!!!!!) Торговля прошла удачно - 3 кг. мёда прошлогоднего за 15 руб., 3 буханки хлеба за пачку чая. Хлеб здесь пекут сами, купить его негде. Здесь же произошла замечательная встреча с читателем журнала “Турист”. Проходившие мимо туристы остановились, один из них разговорился с нами (мы видели его, когда поднимались на перевал). Он, оказывается, узнал, что мы экспедиция журнала, сообщил, что выписывает его, и что у него с собой последний номер (оказался №6, а не 7, где статья Смычковича). Пожалуй, это единственный человек за всё время похода, которому мы бескорыстно подарили календарь (с автографом Смычковича) Перебрались к торной дороге. Здесь разыгралась безобразная сцена - обжорство алтайским мёдом . Весь его осилить не смогли - вода кончилась. Осоловевшая экспедиция расползлась к Катуни за водой и к водным процедурам, в магазин и проч. Попутных машин не было. Но пришли попутные туристы до Барнаула - вернулись с Кучерлинского озера. К 1700 проехал рейсовый автобус из Усть-Коксы, вернулся со Смычковичем, мы все быстро загрузились и прибыли на нём в пос. Чемдек, откуда утром, возможно, отправимся в Горно- Алтайск.Был взят приступом местный магазин. В лагере за посёлком во время ужина - очередная безобразная сцена - 5 банок икры кабачковой, 2 банки 3-х литровых томатного сока, сыр, вермишель, булочки, остатки мёда. Совершенно необоснованное обжорство - в этом году даже проголодаться не удалось, но Байкальский синдром силён, живуч, что проявляется и во временных припадках скупости завхоза и в постоянном желании команды обожраться. На сытый желудок песен не пелось, вечер прошёл в тихой беседе, да игорные орлы лениво пошлёпывали картами. С наступлением темноты всё затихло.
4.07.867     г.    Деж. Деев Олег
4.07.868          Дежурные разбудили в 6 утра (по Москве 2 часа ночи). Съели по булке с маслом и помчались на остановку - обогнать группу барнаульцев. Прибыли первыми, за нами барнаульцы. Ещё не было 7 часов утра, как появились первые местные жители с вещами. К 8 часам на остановке было уже человек 30. Саша решил забросить в автобус группу захвата занимать места, а затем остающиеся заносят вещи. Появился автобус, в нём уже сидело человек 5. Автобус стал разворачиваться, м вся толпа кинулась к нему. Шофёр стал разъезжать взад-вперёд, чтобы рассеять толпу, но отъезжающие бесстрашно кидались под колёса, и шофёр сдался - открыл двери. Отталкивая женщин и детей, в автобус ворвались Елисеев, Деев, Макарычева и распластались на лавках. За ними - остальные. Рафальский метал рюкзаки над головами пассажиров, их ему подносили Клепиков и Серебряков. Народу набился полный автобус. Мы оккупировали почти весь тыл ПАЗика.
     Шофёр удивился, но поехал. В Усть-Коксе была часовая остановка. Мы уже основательно разместились в тыльной части, и дальше поехали с комфортом. На каждой остановке ели и покупали еду, которую съедали между остановками. В Усть-Кане обобрали магазин, особенно отличился там Серега Смычкович. Дорога длинная, больше 12 часов, и все одурели от еду и сна Компания преферансистов дулась в карты на интерес, потом бросили. Трясло очень сильно, и читать было трудно. Ели удивительно вяло, больше сладкое. Добили сало - омерзительно тёплое и мягкое, некоторые отказались, а ведь каким успехом оно пользовалось! Купили для вечернего пира консервов и медовый пирог.
     В 9 часов шофёр высадил нас около аэропорта. Разведка ушла в аэропорт узнавать насчёт рейсов в Барнаул, остальные занялись обустройством лагеря. Разведка вернулась с утешительными сведениями - улететь вроде бы можно спокойно. Недалеко от нас расположилась ещё одна небольшая компания туристов, тоже хотят улететь.
     Дежурные вскипятили чай, Саша развёл остатки спорта во фляге. Пили за Алтай, за успех экспедиции, ели рыбу в томате и кабачковую икру. Под конец съели по огромному куску медового пирога с чаем. Чай был двух видов: простой и заваренный Елисеевым, который накидал в кан какой-то лебеды, уверяя, что это душица.
     Объевшись, попробовали петь. Разноголосо и перевирая слова исполнили несколько песен, и расползлись по палаткам.

5 июля   Деж. Серебряков Саша

     Утро этого дня началось со всеобщей “расслабухи”.  Одни нежились в спальниках, пытаясь домыслить недосмотренные сны, другие, вставшие пораньше, разогрели вчерашний чай и “уничтожили” оставшиеся от праздничного ужина харчи. Смычкович-старший и “Спец-портфель”, вернувшись из здания аэропорта, злорадно хихикнули: “Ну что, ребята, отметили вчера окончание похода? А билетов то до Барнаула нет!” Это известие было воспринято без особых восторгов.
     Быстро свернули лагерь и на рейсовом автобусе отправились на автовокзал. Решили добраться до Бийска, а оттуда (уже гораздо проще) в Барнаул.
     Как ехали до Бийска и сколько времени не знаю: как только сели в автобус я сразу уснул, а открыв глаза увидел знакомые уже улицы Бийска. Вот и замкнулось кольцо нашего путешествия.
     Купив билеты на поезд до Барнаула (а многих очень обрадовало то, что поедем на поезде, т.к. последние путешествия на автобусах почти полностью вытряхнули душу экспедиции) и оставив вещи в камере хранения мы первым делом отправились на местный пляж. По дороге закупили 2 трёхлитровые банки сока, сухари, баранки. На остановке трамвая объелись клубники. И вообще, по контрасту с Байкалом самые большие трудности экспедиция испытывала при поедании “нормативных” харчей (см. приказ №5).
     И так - пляж. Не очень многолюдно, пыльно, полное отсутствие привычных пляжных кабинок, грибков и т.п., которые с успехом заменялись буйно разросшимся кустарником. Купание в красавице Бие было осложнено не столько холодностью её воды (после купания в горных реках вода в Бие казалась приятно-прохладной), сколько мелководностью. Где-то почти у середины реки, когда вода едва скрывала колени, Олег предложил дальше не идти. “Дальше только выше будет”, - объяснил он. Купание закончилось яблочно-клубничным соком (0,8 л), сухарями, сушками. Елисеев, как всегда, не упустил возможности в очередной раз постирать свои штаны.
     После купания посетили местный краеведческий музей имени Бианки. Экспедиция музея довольна обширна: от полезных ископаемых, археологических находок до истории Алтайского края. За 40 минут экскурсовод прочитал нам зазубренный текст лекции, и на все попытки сбить его вопросами отвечал: “Прочитайте сами, там написано. Я не специалист по ботанике (или геологии, или биологии), я занимаюсь Великой Отечественной войной.” Но когда первый этаж был осмотрен, экскурсовод предложил нам второй этаж осмотреть самостоятельно. Как мы выяснили там располагалась экспозиция по его профилю.
     Времени у нас оставалось мало и мы поспешили на вокзал: через 50 мин. отходил наш поезд на Барнаул. По дороге активно запасались харчами. Казалось, что до Барнаула ехать не 4 часа, а чуть ли не 4 дня. Остановились на литре сметаны, свыше 2 кг творога, хлеба, 4 банках скумбрии и сюда же затесалась 1 баночка шпротного паштета. В поезде возник спор по поводу названия очередного приёма пищи. Если это ужин, то к его приготовлению бригада Кирилла никакого отношения не имеет, т.к. она только что отдежурила. Результат спора лёг в основу приказа №6. Более происшествий в поезде не было. Исключение составляет процесс поедания скумбрии, но это надо было видеть. Описанию это не поддаётся.
     Доехав до Барнаула, доехали до его аэропорта. Нам казалось уже, что все наши мытарства закончились, и мы мирно двигались в направление ближайшей полянки, чтобы  поставить палатки для ночёвки, как вдруг наткнулись на такой комариный заслон, под натиском которого экспедиция, предварительно опрысканная р.....том  и залитая демитилфтолатом, позорно ретировалась в здание аэропорта. Остатки вечера были посвящены попыткам позвониться до Москвы. Так закончился этот день.

6 июля    Смычкович Саша

    День начался ночью в здании аэропорта г. Барнаула. Накануне экспедиция подверглась атаке барнаульских комаров при попытке встать лагерем в близлежащем перелеске и была отброшена в здание аэропорта. При этом “тяжелоранеными” оказались мишка и Анна Макарычева, твёрдо заявившими, что будут ночевать в аэропорту. Остальные отделались лёгкой контузией с кратковременным помутнением разума. Это проявилось в частности в многократных и настойчивых попытках дозвониться домой с напоминанием родным и близким о своём существованием. Постепенно комары стали занимать здание аэропорта. Отчаянные попытки укрыться на втором этаже успеха не имели в следствии чрезвычайной духоты и обилия пассажирских тел в самых невероятных позах. Твёрдо держался своего места на втором этаже в зале ожидания только Мишка.
      В буфете мы купили лимонада, варённых яиц, джема, сырков, продолжив тем самым линию на освоение рациона плановых туристов. Кирилл предложил провести исследование на выявление максимально возможного пайка туриста, съедая который он ещё сохраняет способность передвигаться без посторонней помощи.
      Тщательно продумав порядок действий, облачившись в защитную одежду и накомарники, полив себя обильно репеллентом экипажи палаток выходили на их постановку. Женщины в основном отсиживались в здании и ждали мужиков с победой. Макарычеву закусали аэропортовские комары и она решилась ночевать в палатке, предпочтя быть “безумной со всеми, чем разумной в одиночку”. Один Мишка не сдался. Я сложил из трёх кресел ему лежанку, достал спальник, сунул под голову рюкзак, покрытый штормовкой и он уснул. Я сказал ему, что буду ночевать в палатке, он согласился с облегчением, что его самого туда больше не гонят. Все уже ушли спать и я с барахлом поспешил туда. Комарьё с остервенением набрасывалось на незащищенные участки тела. Ловко проник в палатку и застегнул за собой вход. Комаров туда всё же набилось достаточно, хотелось спать и поэтому я присёк попытки перебить всех комаров. Мы надели накомарники и уснули. Около шести часов утра я пошёл проведать мишку. Он уже бодрствовал и запихивал спальник в рюкзак. Мишка сказал, что его разбудил милиционер и велел собирать вещи, а то украдут. Мишка охотно пошёл со мной в палатку, перебил в неё комаров, лёг и уснул. В тоже время в соседних палатках проснулись. Деев, Коломенские и  Анна обсуждали детали выхода из палатки в окружающее комариное пространство. Я с Мишкой поспал часок, пока не прибежал Серёга и не навёл панику, что объявили регистрацию. После Серёги прибежали Антокольские. Мы снова собрались вместе. Мало кто из наших верил, что Лёня с Ильёй сейчас не в  Москве. Я сам склонялся к тому, что они путешествуют по Алтаю и рад, что не ошибся. Антокольские прошли не так, как мы вместе планировали, но и свой вариант оказался для них интересным. Видели мёртвое озеро в Акташе, пещеру в Усть-Кане. Из Усть-Коксы самолётом вылетели в Горно-Алтайск, оттуда в Барнаул. Два предыдущих рейса на Москву перенесли. Не избежали этой участи и мы. Вместо 735 вылет назначили на 1400 (по Моск. вр.) и мы рванули налегке в Барнаул. Программа традиционная: по магазинам, частые перекусы, скупка книг на удивление местным жителям.

ОСНОВАНА А.М. СМЫЧКОВИЧЕМ  14 ИЮНЯ  87

КЛЕЩ
в номере 001  16 июнь 1987

  Сравнительный анализ

              Байкал - 86                                                          Алтай -87
              18 человек                                                           15 человек

Состав: 2 детей, 5 женщин                                           2 детей, 4 женщины
             11 туристов                                                       9 туристов

Не изменилось:
руководитель       - А. Смычкович (с сыном и братом)
завхоз                   - А. Макарычева (приобрела опыт и стала строже)
сейф и фотокорр - К. Жилкин  (неизменно непреклонный)

Выбыли: А. Свадковский и Костя (др. увлечения)
                Цыганковы (уваж. причина)
                Н. Якунина (променяла Сов. Алтай на заграницу)
                А. Годин (после Байкала общения с нами не ищет)
                А. Годер (ув. Причина: отправив жену, занимается с дочкой               
                                начальника)
Удалось завербовать:
                                Антокольского с сыном (по авантюрности характера
                                                                          старшего)
                                 Катю (по наивности)
                                 О. Деева (с годами забыл, какие это спортсмены)
Проведённый анализ позволил сделать сл. выводы:
1)     Многие годы начальник остаётся как формальным так и неформальным лидером (для наших рядов перестройка оказалась излишней)
2)     12 человек после Байкала сделали не те выводы и чтобы убедиться в этом, поехали на Алтай (некоторые из них перенесли Дагестан и даже воспаление лёгких)
ОСНОВАНА А.М. СМЫЧКОВИЧЕМ  14 ИЮНЯ  87

КЛЕЩ
в номере 006  6 июля 1987

В номере: итоги научно-спортивной экспедиции по Горному Алтаю, цифры и факты
Алтайский феномен
о новой победно завершившейся экспедиции журнала “Турист”
и товарищества “Пирогово” по Горному Алтаю

      Грандиозным успехом закончилась научно-спортивная экспедиция по Горному Алтаю. Проделана титаническая работа по охране природы от туристов, популяризации журнала “Турист” среди коренного населения края, а так же по исследованию психологической совместимости в стрессовых ситуациях при передвижении в горах и при переедании. В период с 15 июня по 5 июля, т.е. с момента старта и финиша в г.Бийске экспедицией пройдено 1284 км, из них: на теплоходе по р.Бии - 210 км, на яле по Телецкому озеру - 70 км, вертолётом - 117 км, на тракторе - 18 км (8 км - колёсный , 10 км - гусеничный), пешком - 152 км, на автомобилях разных марок - 726 км. Взято перевалов - 4. Из них Кара-Тюрек (3050 м) пешком, Кузияк - на тракторе, Ябаганский (1492 м) и Семинский (2200 м) на автобусе.
     Клещами укушено - 5 человек, из них трое (Антокольский Н., Смычкович А. и Елисеев С.Е. дважды) Комарами укушено - 15 человек.
Отставших от поезда               - нет
                   от автотранспорта - нет
                   от вертолёта          - трое (Жилкин, Третьякова, Баженова)
Финансовая дисциплина соблюдена, казна не оскудела.
Вперёд навстечу новым подвигам на пути к славе!

Гл. редактор А. Смычкович
Спец. корр журнала “Турист”

Приказ№1
по экспедиции “Алтай -87”
В связи с пересечением экспедицией границы “Европа - Азия” со стороны Европы женщинам запрещается:
1.     Курить, бузить и употреблять
2.     Строить глазки.
      Нарушение настоящего приказа влечёт за собой штрафные санкции и лёгкие заднетелесные наказания.
      Надзор за исполнением настоящего приказа возложить на Рафальского К.А.

Начальник экспедиции                                                             /Смычкович А.М./
14 июня 1987 г.
Приказ№2
по экспедиции “Алтай -87”

В связи с прохождением в составе поезда №36 станции Татарская приказываю:
1.     Перевести часы внутреннего распорядка на местное время (+ 4 часа относительно московского)
2.     Отменить ужин 14 июня, заменив его лёгким вечерним чаем
3.     Сэкономленный ужин съесть в завтрак 6 июля или перенести на гусятник.

Начальник экспедиции                                                             /Смычкович А.М./
14 июня 1987 г.


Приказ№3
по экспедиции “Алтай -87”

      В целях демократизации и гласности деятельности приказываю:
1.     Образовать редакционную коллегию экспедиционной газеты “Клещ”
2.     Назначить главным редактором газеты специального корреспондента журнала “Турист”  А. Смычковича, заместителем главного редактора геолога А. Коломенскую
3.     Типографские расходы отнести за счёт К. Жилкина

Начальник экспедиции                                                             /Смычкович А.М./
14 июня 1987 г.


Приказ№4
по экспедиции “Алтай -87”

     С целью укрепления правопорядка и дисциплины, а также предупреждения порочной практики уединения вместе с женщинами и крупной суммой денег
Приказываю:
1.     За легкомысленное поведение, повлёкшее за собой опоздание на вертолёт Жилкину К.А., Третьяковой С.Ю. и Баженовой Е.Д. объявляет выговор.
2.     За мужество и героизм, а также сохранение содержимого сейфа и вверенных ему женщин Жилкину К.А. объявляю ему благодарность.
3.     Расходы за повторно приобретённые билеты отнести за счёт сейфа.


Начальник экспедиции                                                             /Смычкович А.М./
26 июня 1987 г.


Приказ№5
по экспедиции “Алтай -87”

      Ввиду участившихся безобразных случаев отказа от пищи из-за переедания приказываю:
1.     Не приступать к раздаче второго (третьего) до полного уничтожения первого (второго)
2.     В противном пункту 1 случае перемешать остатки первого (второго) со вторым (третьим) образовав единое блюдо.

Начальник экспедиции                                                             /Смычкович А.М./
?  июня 1987 г.

Приказ№6
по экспедиции “Алтай -87”

      За проявленные в отношении руководителя экспедиции нелицеприятные выражения, подрывающие его авторитет, а также возбуждающие несознательную часть экспедиции к бузе, приказываю:

1.     Объявить К. Рафальскому выговор
2.     Наложить на него штраф в размере 1 (Одного) рубля с удержанием его в пользу общества.
За исполнением п.2 проследить лично К. Жилкину.

Начальник экспедиции                                                             /Смычкович А.М./
5 июля 1987 г.

Дежурство (ужин - завтрак - обед)
Рафальский К.    12.06    17    22    27    2.07        
Жилкин К.                            
Серебряков А.                            
                            
Баженова К.    13    18    23    28    3        
Елисеев С.Е.                            
Деев О.                            
                            
Третьякова С.    14    19    24    29    4        
Смычкович М.                            
Смычкович А.                            
                            
Коломенская А.    15    20    25    30    5        
Клепиков С.                            
Смычкович С.                            
                            
Макарычева А.    16    21    26    1.07    6        
Антокольский Л.                            
Антокольский И.                            
Дневник

1. Рафальский К.    12 июня    25
2. Макарычева А.    13    26
3. Елисеев С.Е.    14    27
4. Баженова К.    15    28
5. Смычкович С.    16    29
6. Антокольский Л--------    17---------    30          ВЫБЫЛ
7. Третьякова С.    18    1
8. Жилкин К.    19    2
9. Клепиков С.    20    3
10. Коломенская А.    21    4
11. Деев О.    22    5
12. Серебряков А.    23    6
13. Смычкович А.    24